• Дилетант "Олег Будницкий / Человек на фоне эпох / Книжное казино. Истории"











  •  
     
    Олег Витальевич Будниицкий — писатель, советский и российский историк, специализирующийся на российской истории второй половины XIX—XX веков. Доктор исторических наук, профессор, директор Международного центра истории и социологии Второй мировой войны и её последствий НИУ ВШЭ, член Европейской академии, главный редактор ежегодника «Архив еврейской истории».

    В новом выпуске "Книжного казино" -  Олег Будницкий, доктор исторических наук.
    Ведущий – Никита Василенко, а также Николай Александров, литературный обозреватель, с регулярной рубрикой «Книжечки».
     
     
     
       
       
     

    Н. ВАСИЛЕНКО: Суббота, 16 апреля, YouTube-канал «Дилетант», у микрофона Никита Василенко. Приветствую всех зрителей нашей программы. И как всегда на своём месте «Книжное казино. Истории». Напомню, что нам важна ваша поддержка, поэтому подписывайтесь, распространяйте видео, делитесь с друзьями, ставьте лайки. И также я представлю своего режиссёра, который мне сегодня помогает, — это Александр Лукьянов. Спасибо ему. Кроме того, не забывайте, что у нас есть книги в нашем электронном магазине. Сегодня в том числе о книгах оттуда, из этого магазина, пойдёт речь. Многие уже раскуплены, но мы всегда обновляем наш ассортимент.

    В прошлый раз в этом эфире, в эфире нашей программы мы встречались с Людмилой Улицкой. Мы говорили с ней о том, как оставаться человеком на фоне страшных потрясений. Весь разговор то и дело мы сводили к каким-то историческим параллелям, каким-то примерам из истории. Я подумал, что в ближайшем выпуске, то есть сегодняшнем, мне важно позвать человека, который разбирается в истории, и я с радостью приветствую в нашей виртуальной студии автора книг «Люди на войне», «Другая Россия», доктора исторических наук Олега Будницкого. Олег Витальевич, здравствуйте!

    О. БУДНИЦКИЙ: Здравствуйте.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Мы сейчас начнём нашу беседу. Я ещё сразу сделаю небольшой анонс. Есть и третья книга Олега Витальевича — новинка, о которой мы тоже обязательно поговорим, но пока я её придержу в маленьком секрете от вас. Мне хотелось начать с теоретических вопросов. Олег Витальевич, насколько справедливо утверждение, что история движется по спирали?

    О. БУДНИЦКИЙ: Не слишком справедливо, с моей точки зрения. Можно, конечно, на очень таком длительном историческом отрезке найти какие-то подобия, параллели и повторения кажущиеся. На самом деле история уникальна, в этом её отличие от, скажем, физики или химии. И вообще наук гуманитарных от наук точных и естественных. Там действуют некоторые закономерности, которые действуют всегда и всюду. В истории всё определяют действия людей в конкретных обстоятельствах, конкретных людей. И всё может пойти совсем не так, как, казалось, должно было бы пойти. Может быть, в худшую сторону, может быть, в лучшую сторону, но не так. И все аналогии в истории хромают. В чём-то есть сходство тех или иных, скажем, режимов или исторических личностей, но в целом всё, конечно, индивидуально и уникально. И в этом есть и интерес, и прелесть, и ужас нашей науки, если угодно.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Второй тогда теоретический вопрос. Персонифицированный подход к изучению истории, особенно нашей истории, где мы всегда как, в том числе, как ученики, как школьники сталкиваемся с тем, что изучаем всё произошедшее через призму изучения правления того или иного лидера страны на тот момент. Вот в этом персонифицированном подходе больше пользы или вреда, на ваш взгляд?

    О. БУДНИЦКИЙ: Нет ни того, ни другого. Это вообще не те категории для историка — больше пользы или вреда. В чём задача историка, собственно говоря? Понять, что происходило, и, во-вторых, почему это происходило. Второе гораздо сложнее, чем первое. Естественно, что в истории мы изучаем и общество, и, скажем так, экономику, мы изучаем какие-то социальные слои, психологию, если угодно, и так далее. И изучаем действия конкретных личностей.

    Почему в истории России очень много внимания уделяется персоналиям? Потому что, увы, у нас в истории очень силён этот персоналистский момент. Я напомню, что, собственно говоря, страна была самодержавной до 17 октября 1905 года. Потом она как бы перестала быть самодержавной, стала как бы конституционной монархией. При том, что власть императора была, конечно, колоссальна и очень слабо сдерживалась какими-то институциями вроде Государственной думы. Ну, и в советский период, в общем, произошло воспроизводство до некоторой степени этой модели. И власть генсека была (во всяком случае, в сталинский период, да и в ленинский) практически абсолютной и существенно превышала, между прочим, уровень власти абсолютных монархов российских. Во всяком случае, эпохи послепетровской. Так что изучение персоналии неизбежно, и оно многое объясняет, на самом деле.

    Н. ВАСИЛЕНКО: И вот я как раз теперь хочу перейти к одной из тех книг, которые я уже упоминал, — это «Люди на войне», вышедшая в издательстве «Новое литературное обозрение». И уже во вступлении есть вопрос: почему люди кажутся безликими статистами в битве держав и вождей? И один из тех источников, который убирает это обезличивание, — это, конечно, дневники. Дневники свидетелей, дневники участников событий. И тут у меня сразу два вопроса: в чём ценность дневника и можно ли говорить, что дневник, например, маршала Победы и рядового бойца будут равновесны в историческом контексте?

    О. БУДНИЦКИЙ: Да, будут равновесны. В каком плане: дневник маршала… На самом деле, по-моему, нам известен только один такой дневник — это дневник будущего маршала Ерёменко. И то, который он вёл, в общем, достаточно нерегулярно — понятно, он командовал фронтами, был ранен и прочее. Это позволяет нам понять разные уровни событий, разные уровни ощущений и действий людей на войне. Очень долго у нас преобладала — я имею в виду, в Советском Союзе, в постсоветский период, и преобладает, — точка зрения богов и героев. Что сделал тот, что подумал этот. Я напомню, что серии военных мемуаров были очень популярны в советское время. В основном это были генеральские мемуары, написанные, как правило, не самими генералами. Знаменитые воспоминания маршала Жукова в значительной степени, конечно, изложены литературными редакторами, и где там голос самого Жукова, а где сглаженный текст — это большой вопрос. Не говоря уже о многочисленных цензурных вырезках, вставках и так далее.

    Что касается дневников. В чём ценность? Это наиболее аутентичный источник по истории не только войны, вообще по истории. Ведь люди писали здесь и сейчас. Человек, который делал записи, не знал нередко, доживёт ли до следующего дня или даже до сегодняшнего вечера или дня. Есть такие дневники, попадаются. Скажем, дневник Георгия Славгородского. Я о нём пишу в этой книге, очень необычный человек. Он поставил дату, когда сделать следующую запись, и до этой даты не дожил. Это был январь 1945 г., уже в Польше. Он погиб в конце января 1945 г., посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. И он вёл дневник. Такой новый советский интеллигент из глубинки, из Ростовской области, получивший педагогическое образование, учитель, преподаватель русского языка и литературы. При этом он писал совершенно чудовищно по-русски, что немножко говорит об уровне этого образования. Он мечтал быть писателем и, возможно, новым Львом Толстым. Он напишет новую «Войну и мир» — он в своём дневнике замечает. Но лучше всего ему удавалось не писать, а воевать. И он даже так и пишет: опять увлёкся войной. И он прошёл путь от сержанта до майора, командира батальона. Это всё-таки не такое частое явление. Был совершенно прекрасным воякой, хотя мечтал совсем о другом. Мечтал о любви, о мирной жизни, о том, чтобы выпивать с товарищами и писать книжки. Это всё отражено в его дневнике, это замечательный совершенно текст. И он говорит нам и о людях на войне, и о самой этой войне: какой она была, как люди её воспринимали. Славгородский начинал воевать в 1941 г., и у него есть замечательный записи о первых тяжелейших месяцах войны, о Сталинградской битве, в которой он поучаствовал. Увы, жизнь его закончилась в январе 1945 г.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Олег Витальевич, вы привели пример Славгородского, его дневника, а есть ли дневники, которые помогли историкам переосмыслить какие-то события Великой Отечественной и Второй мировой войны, то есть необязательно наших соотечественников, а кого-то, может быть, из-за границы?

    О. БУДНИЦКИЙ: Вы знаете, я хотел бы сосредоточиться на нашей истории. Дневников много, на самом деле, которые велись за границей, скажем, в Германии. У нас ведение дневников не приветствовалось, мягко говоря, и вообще любых записей. В Германии, напротив, пожалуйста, это даже поощрялось, и сохранилась довольно обширная литература, которая показывает формирование психологии этих вот покорителей мира и так далее. У нас, хотя формального приказа о запрете ведения дневников не было, это, как правило, не разрешалось в рамках общего соблюдения секретности. В некоторых случаях, конечно, на это не обращали внимания.

    Дневники очень разные. Владимира Гельфанда дневник, который я издал, — это огромный такой том, 750 страниц с комментариями. И очерк о Гельфанде в этой книжке, «Люди на войне». Он вёл дневник с довоенных времён ещё, со школы, выпускного класса, и до 1946 г., до того времени, когда он был офицером оккупационной армии советской в Германии. И это потрясающе интересный дневник, поскольку это очень такой наивный парень. Когда начинается война, что он записывает: ну, да, теперь, видимо, каникулы придётся провести по-другому. Вот первая мысль, которая ему приходит в голову. Для такого человека, который прошёл эту войну, это дневник очень наивного парня такого, откровенного, тоже мечтающего стать литератором. Очень многие из тех, кто вели дневники, мечтали стать литераторами впоследствии, вели какие-то записи в этом плане. Он записывает такие вещи, которые, наверное, взрослый человек или более, скажем так, умный человек не стал бы даже на бумаге фиксировать, даже для себя хотя бы. Ведущий дневник где-то понимает, что он пишет не только для себя. Это чрезвычайно интересно: быт и нравы в армии и не в армии, отношение людей к происходящему.

    Он до мозга костей советский человек, такой комсомолец, потом коммунист молодой. При этом он с некоторым ужасом записывает… Дело происходит, опять же, на Дону, там, где когда-то гремела Гражданская война, где были очень сложные отношения к советской власти, потом раскулачивание и всё такое прочее. И вот, провоевав там какое-то время, несколько недель, он говорит: первый раз услышал слово «наши». То есть Красная армия, которая пришла освобождать. Там «русские» и «немцы», «наши» там не называют. Вот такая запись достаточно любопытная. И он записывает, например, о колоссальном уровне антисемитизма, который был в советском обществе и в Красной армии, в том числе во время войны. И это парадокс: армия, которая победила фашизм, освободила Освенцим и так далее. Он на своей шкуре испытал эти антисемитские проявления. И, конечно, совершенно уникален его дневник германского периода. Это настолько интересно. Он сначала ведь вышел по-немецки — та часть дневника, которая посвящена Германии, — и разошёлся в Германии каким-то огромным тиражом, больше 80 тыс. экземпляров. После этого он уже вышел в полном виде на русском языке, подготовленный моими сотрудниками и вашим покорным слугой. Это такой срез истории войны, который может быть отражён только людьми, которые в этой гуще, которые не знают ещё, как положено писать о войне, нет официального канона. И хотя временами они срываются на официальный язык какой-то, как правило, это записи того, что человек ощущает.

    Н. ВАСИЛЕНКО: А вот всякие проявления: «Да здравствует наш вождь, да здравствует товарищ Сталин» — это какой-то страх прорывается?

    О. БУДНИЦКИЙ: По-разному. Вот, например, тот же Гельфанд, как я сказал, до мозга костей советский человек. Он видит всякие ужасы, безобразия и прочее, и он никак это не увязывает с личностью Сталина. И после войны там какие-то выборы очередные в Верховный Совет и так далее, он пишет: «Сталин — солнце моё большое». Вот так он пишет. Всё хорошее в жизни связано с вождём, а всё плохое — как-то это вопреки вождю. Ну, это такая стандартная более-менее психология.

    В некоторых дневниках ни родина, ни партия, ни Сталин вообще не упоминаются. Вообще. Просто это за пределами интересов людей, они живут сегодняшним днём и записывают. Например, очень интересный дневник Павла Элькинсона, сержанта. Тетрадка, по существу, полторы тетрадочки. Он почему начал писать в дневник? Он воевал с 1942 г., был на фронте. Поскольку он оказался за границей, его часть пересекла Прут. Он записывает: никогда в жизни, наверное, не буду больше за границей, надо записать свои впечатления. Вот такой интересный военный «туризм». И он побывал в Румынии, Болгарии, Югославии, Венгрии и Австрии. И описывает свои впечатления от встреч с людьми, от быта и культуры, от женщин. Ну, как же, тема женщин там проходит, как в любом солдатском дневнике, красной нитью. Николай Никулин в своих замечательных воспоминаниях, многим известных, может быть, написанным 30 лет спустя после Победы в стол, поскольку понятно, что такого рода тексты не могли быть изданы при советской власти, пишет, что основными темами солдатских разговоров (значит, и интересов) были смерть, жратва и секс. И вот это мы видим, красной нитью проходящее в дневниках. То есть людей интересует самое важное, на самом деле, что было в их военной жизни.

    Н. ВАСИЛЕНКО: А фантазии о будущем, мечты?

    О. БУДНИЦКИЙ: Ну, бывают. Я говорил о мечтах Георгия Славгородского или там ещё людей. Люди очень часто живут сегодняшним днём, и некоторые явно ведут дневники не только для того, чтобы записать свои впечатления, некоторые от одиночества, как Гельфанд. Он пишет: «Дневник, приятель дорогой». Он совершенно одинок, как-то плохо сходится с людьми. Тут проблема не только этих людей, но и его лично, такого эгоцентрика. Загадывать наперёд очень сложно, особенно если это дневники людей, реально участвующих в сражениях, людей, которые на передовой или совсем близко к передовой. Скажем, Георгий Славгородский — это пехотинец, Владимир Гельфанд — это миномётчик, хуже этого только пехота, это самый такой, что называется, передок. Павел Элькинсон — он артиллерийский разведчик, то есть тот, кто корректирует огонь и находится на опасной точке. Тем не менее умудряются записывать. У Элькинсона в дневнике есть одна такая совершенно потрясающая запись. Это Венгрия, они форсируют Дунай, там очень тяжёлые бои — а в Венгрии были очень тяжёлые бои в 1945 г., очень тяжело это давалось, 120 дней была осада Будапешта и тяжёлый очень штурм. И в один день погибают четверо его товарищей. И он записывает: «Когда же моя очередь?». Он не очень надеется дожить до конца войны, а это уже 1945 г., январь-февраль. Так что мечты там какие-то бывают как раз о будущем, но я бы не сказал, что это какая-то основная тема, этого почти нет.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Хочется поговорить о других источниках. Это официальные документы. Чаще всего в контексте Великой Отечественной войны мы вспоминаем пакт Молотова-Риббентропа, и вот на его примере хочется разобрать вопрос верификации. Многие даже, несмотря на то, что пакт и секретные протоколы рассекретили, до сих пор отказываются верить в их правдивость. Да, есть отдельные категории людей, которые уже приняли эти документы, говорят, что так и надо было, что это позволило сохранить время, ресурсы и прочее, прочее, прочее. Но есть люди, которые говорят, что это в своё время Хрущёв переписал, Горбачёв, не знаю, Ельцин… И вот не готовы поверить, что такие документы были. Вопросы верификации — как донести до обывателя, что этот документ существует и он настоящий?

    О. БУДНИЦКИЙ: Никак. Это вопрос веры. Конечно, у нас есть оригинал. Вы, наверное, не помните эту историю, когда в 1989 г. юбилей был пакта Молотова-Риббентропа и секретных протоколов к нему. В самом пакте о ненападении между СССР и Германией нет ничего криминального. «Криминальная» часть — это секретные протоколы к этому пакту. Это было, с моей точки зрения, величайшей ошибкой, допущенной Сталиным, ибо это было, конечно, лично его решение — эти документы подписать. Но я в одном из очерков, который открывает книгу, анализирую, что принесло это Германии и что принесло Советскому Союзу. Конечно, Германия в колоссальной степени выиграла от этого пакта, и если посмотреть, что приобрёл Советский Союз — чисто прагматически, я моральную сторону отбрасываю, — Западную Украину, Западную Белоруссию, Прибалтику, часть Финляндии и какие-то кусочки: Северная Буковина, Бессарабия. И что получила Германия: Францию, Бельгию, Голландию и далее по списку, с их мощной промышленностью, ресурсами и так далее. И, конечно, Германия в колоссальной степени выиграла от этого договора, обеспечив себе отсутствие восточного фронта. Конечно, за это пришлось расплатиться в 1941 г.

    По поводу подлинности или неподлинности. Это всегда отрицалось в советское время, что не было никаких договорённостей и всё это враньё. Понятно, что договорённость с нацистской Германией — это, я считаю, был самый страшный удар по репутации вообще коммунистического режима и лично товарища Сталина. И это всегда отрицалось. Дело в том, что они были опубликованы, эти тексты, по фотокопиям, которые обнаружили американцы среди других материалов германского министерства иностранных дел и всего такого прочего. Они были опубликованы, когда началась холодная война. На Нюрнбергском процессе это не обсуждалось, просто сразу отметалось и всё. Когда началась холодная война, то они и опубликовали эти протоколы. В СССР издали огромным тиражом историческую справку под названием «Фальсификаторы истории», в которой, практически не упоминая даже этих протоколов, чтобы какое-то знание не проникло об этом, что называется, в массы…

    Н. ВАСИЛЕНКО: Просто создать информационный шум, такую завесу.

    О. БУДНИЦКИЙ: Да-да-да. В общем, как-то это дело отрицал. И вот в 1989 г. на Съезде народных депутатов выдвигается предложение денонсировать эти самые секретные протоколы пакта Молотова-Риббентропа, вообще всю эту договорённость. И народные депутаты голосуют против сначала, потому что нет же их. Что мы будем голосовать, денонсировать то, чего нет. Это был скандал. И тут появляется, по-моему, Александр Яковлев тогда, который был ответственен за историческую часть и говорит: ну, вы знаете, вот тут товарищи поискали и нашли. И предъявляет эти самые документы, которые вполне себе всё это время — и это одна из самых удивительных историй — этот самый компрометирующий, с моей точки зрения, советскую власть документ не был уничтожен и хранился. Где? Хранился в особой секретной папке генерального секретаря.

    Н. ВАСИЛЕНКО: То есть по наследству передавалось от секретаря до секретаря.

    О. БУДНИЦКИЙ: Передавалось, совершенно верно. Значит, и когда: смотрите, вот они, на самом деле существуют, их денонсировали. Уже после падения коммунистического режима в журнале «Вопросы истории» факсимильно были опубликованы эти секретные протоколы, и они неоднократно перепечатывались. Есть прямо факсимиле, неверующие могут взять и посмотреть. Конечно, можно сочинить, что это тоже подделали, но это, так сказать, за пределами исторического сознания, это вопрос веры.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Что ж, тогда оставим этот вопрос в категории веры, и будет вам да по вере вашей.

    О. БУДНИЦКИЙ: Я тут хочу сказать, кстати, об архивных документах. Нужно понимать, есть такое наивное представление, что откроются архивы… Архивы в очень существенной степени открыты. На самом деле, у нас сейчас столько документов, что если историки возьмутся сейчас их изучать, то не хватит их жизней и даже жизней детей и внуков. Это колоссальные массивы, это вопрос отбора того, что считаешь более важным, менее важным и так далее. Но очень многое остаётся закрытым, это совершенно верно. Очень многие вещи остаются закрытыми. То, что хранится в архиве ФСБ, некоторые документы Главного политического управления Красной армии и так далее. Тем не менее очень многое нам известно. Надо понимать, что архивные документы — это не есть истина в последней инстанции, ведь люди писали документы с определённой целью. И люди как бы использовали эти тексты для того, чтобы что-то объяснить начальству, в чём-то его убедить или наоборот.

    Архивный документ подлежит исторической критике. Надо понимать, для чего он написан. Сам по себе текст — он, так сказать, нем, его нужно ввести в контекст и интерпретировать. И в этом уже работа историка. Вот это надо понимать, и когда я пишу и придаю особое значение дневникам, если мы будем писать историю только по официальным документам, мы никакой реальной истории не напишем и не поймём. Когда мы сочетаем документы официальные — самого разного рода, это могут быть оперативные документы, политдонесения о настроениях, материалы военных трибуналов, донесения НКВД, НКГБ тогдашнего, впоследствии СМЕРШа о настроениях… Когда всё это вместе, тогда мы видим мозаичную, полифоническую, очень сложную картину. И здесь личные свидетельства чрезвычайно важны. Без этого мы никогда не поймём, что на самом деле происходило. Канон, который тогда создавался и который пытаются многие сейчас как-то поддержать и возродить, на самом деле имеет очень мало общего с реальной истории войны.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Сейчас я хотел бы переместиться в довоенное время и в «Другую Россию». Так называется и ваша книга, которая задела нерв времени и стала очень актуальной. У меня вопрос следующий. Вот, действительно, была другая Россия, альтернатива большевистской России, которая состояла из эмигрантов. Они раскинулись по всему миру. Конечно, в Европе было, наверное, больше всего представителей другой России, и они вывезли колоссальные ресурсы. Это, может быть, даже не только какие-то человеческие, это и золотые запасы (об этом мы тоже поговорим). Но вопрос один: почему так и не удалось сделать какой-то мощный центр, штаб сопротивления большевистской власти там, снаружи?

    О. БУДНИЦКИЙ: Понятно. Но я, кстати, всё-таки хочу показать, о каких книжках идёт речь. Это вот «Люди на войне», о которой мы говорили, вышедшая в издательстве «Новое литературное обозрение» в серии «Что такое Россия». А это вот та книжка, замечательно изданная, о которой мы сейчас говорим, — «Другая Россия».

    Смотрите, во-первых, надо понимать, что никто никогда ещё извне, из эмиграции ничего такого не сделал, что привело бы к изменению режима внутри страны. Это могут сделать только те люди, которые в стране живут, находятся внутри. Конечно, можно очень сильно влиять. Один человек, я имею в виду Александра Ивановича Герцена, колоссально повлиял на развитие, на мысль русского общества, и вообще основал вольную русскую печать. Или вот эти издания начала 20-го века социал-демократические, известная всем «Искра» или «Революционная Россия» эсеровская тоже хоть и оказали влияние, но в конечном счёте всё решают люди в самой стране. Никакие эмигранты никогда ещё нигде ничего не смогли изменить.

    Это первое. Второе — не было никакого единого центра эмиграции. Эмиграция вывезла за границу все те противоречия, все те споры, которые были у людей в России. Эмиграция была очень разная. Там были и монархисты, там были социалисты другого, чем большевики, толка, и там была огромная масса людей, которые просто бежали от большевистского режима, от террора, от беззакония, от голода и так далее. Есть такое представление, такой миф о том, что это была сплошь элита. Это не так. Подавляющее большинство эмигрантов — это простые люди. Это солдаты, казаки, участники антибольшевистских разных вооруженных формирований: и белых, и не белых, зелёных, анархистов, кого хотите. Среди эмигрантов были, допустим, генералы Деникин и Врангель, Краснов, казачий атаман, генерал императорской армии, и, например, батька Махно. Так что там были очень разные люди, там были и либералы, кадеты, Павел Милюков, допустим, Василий Маклаков. Социалисты, революционеры, кто хотите. Никакого единства там не было, никакого единого штаба быть не могло. Были попытки извне организовать какую-то борьбу в России, но они заканчивались, как правило, крахом, тем более что эмиграция была пронизана агентами ГПУ, потом НКВД.

    Наиболее известная история — это операция «Трест», когда создали мифическую такую организацию специальную, выманили в Россию, в СССР Бориса Савинкова, его там арестовали. Или такой жутковатый пример: агентом НКВД был генерал Скоблин, последний командир корниловского полка, который участвовал в организации похищения генерала Миллера, главы Русского общевоинского союза, вывезенного на советском пароходе «Мария Ульянова» в СССР. В 1937 г. произошло. Сидел два года на Лубянке под именем Иванова. Не до него было, своих расстреливали. Потом до него дошли руки в 1939 г., и его расстреляли.

    Или муж Марины Цветаевой Сергей Эфрон. Бывший доброволец, участник Добровольческой армии, который уверовал в правоту большевистских идей, стал агентом НКВД и вынужден был бежать, уехать в советскую Россию, где, увы, в конце концов был расстрелян в 1941 г. Что стало с Мариной Цветаевой — нам известно. Она тоже была вынуждена реэмигрировать в Советский Союз, поскольку подвергалась остракизму в эмиграции.

    Ну, это так, к слову, почему этого не произошло. С другой стороны, я хочу не то чтобы себя опровергнуть, но немножко скорректировать. Я сказал, что есть миф, что элита составляла большинство эмигрантов. Нет, отнюдь нет, но никогда среди эмигрантов не был столь велик слой этой самой элиты, самой разной. Мы больше всего знаем об элите культурной. Это литераторы, художники, публицисты, поэты; я думаю, не нужно особо напоминать, но тем не менее. Первый нобелевский лауреат по литературе Иван Бунин — это эмигрант. И до сих пор в Госархиве Российской Федерации папки, где написано: переписка белого эмигранта Бунина с тем-то. Ведь эти архивные дела описывались в те времена, когда архивами ведало НКВД, потом МВД и так далее. Туда выехали юристы в огромном количестве, потому что теперь юриспруденция настоящая была не нужна на родине. Туда выехали предприниматели, некоторые сумели кое-какие капиталы вывезти, каким-то бизнесом заниматься, об этом у меня тоже есть книжки. Иногда успешно получалось. Выехали дипломаты. В общем, масса людей профессиональных, военные профессиональные и так далее. И там возникла такая… другая Россия, состоявшая из людей прошлого до некоторой степени, и из людей тех, которые могли бы построить новую Россию. Об этом тоже я говорю в книге. Книга о поисках путей преодоления большевизма и о различных проектах, какой эта новая Россия должна быть. Я пишу диалоги Василия Маклакова и Бориса Бахметева, очерком о которых открывается эта книга, наряду с общим обзором истории эмиграции. Какой они видели эту новую Россию и на каких основах она должна была строиться. Это чрезвычайно интересный проект, с моей точки зрения. По-моему, во времена Бориса Ельцина был даже конкурс объявлен на национальную идею для России. Вот можно было бы почитать переписку Бориса Бахметева и Василия Маклакова, там эта идея очень чётко сформулирована, но нам до реализации этой идеи ещё очень и очень далеко.

    Н. ВАСИЛЕНКО: В России надо жить долго, как говорили классики.

    О. БУДНИЦКИЙ: Это правда.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Я хочу для наших зрителей порекомендовать. Правда, ещё пока не видел в продаже, но видел публикацию в журнале «Знамя». Роман Саши Филипенко «Кремулятор» — история белого эмигранта, белого офицера Павла Нестеренко, который потом вернулся в советскую Россию и стал директором первого московского крематория. Это вот если образно хотите воспроизвести, увидеть трудности эмиграции той эпохи, этот роман очень сильно вам рекомендую.

    И от наших зрителей тоже невозможно скрыть, что у вас, Олег Витальевич, вышла новая книга «Золото Колчака». Уже в чате много было вопросов, и я не буду вас просить раскрывать все тайны, все выводы исторического расследования, которые вы провели, а попрошу просто отделить мифы и факты. Золото Колчака: что это, где правда, а где мифы. Какие мифы, если они есть, самые популярные?

    О. БУДНИЦКИЙ: Вот эта книга, я сам её получил буквально три дня назад. Тоже в серии «Нового литературного обозрения» «Что такое Россия» вышла. Что такое золото Колчака? Это большая часть золотого запаса Российской империи. Если быть более конкретным и говорить о сумме, то это 645 млн золотых рублей, чтобы как-то привести к какому-то знаменателю.

    Н. ВАСИЛЕНКО: А можно конвертировать по нынешним временам, сравнить?

    О. БУДНИЦКИЙ: Сначала давайте я расскажу, что это было по тем временам. Для ясности.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Давайте.

    О. БУДНИЦКИЙ: Что такое золотой рубль? Это 0,774 г — и даже далее в периоде — чистого золота. Вот что такое золотой рубль. Золотые монеты — в книжке, кстати, воспроизведены их фотографии, — если российские, то это империал — 15-рублёвая монета, полуимпериал — 7,5 рублей, наиболее популярная — червонец золотой. В золотой запас Российской империи входили в основном слитки золотые и монеты. Монеты были 13 государств, больше всего было рейхсмарок немецких, между прочим. Были и британские соверены, и много чего ещё. Два золотых рубля тогда — мы берём уровень примерно 1917 г., потому что потом, конечно, рубль не котировался, был условный обменный курс — это один американский доллар. Тоже золотой, в те времена — золотого стандарта. Десять рублей — это один фунт стерлингов. Тогда это была основная мировая валюта, и в основном мировая торговля происходила в фунтах или долларах. Это 490 т, если брать вес этого золота. Перевести на нынешние деньги (так как золотых рублей не существует, мы приравниваем, по традиции, к долларам) — это не так просто. Сколько уже происходило разного рода девальваций и так далее. Но речь идёт как минимум о нескольких десятках миллиардов долларов, а может быть, и больше.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Оставим этот вопрос экономистам.

    О. БУДНИЦКИЙ: Я об этом пишу, у меня есть подробные таблицы — изменения курсов валют различных и изменения цены золота на Лондонской бирже, так что желающие могут посмотреть, и я привожу разные данные, но надо понимать, что покупательная способность очень сильно меняется, и номенклатура товара меняется, и так далее. Но это очень большие деньги, ещё раз хочу сказать.

    Так вот, в чём, собственно говоря, загадка? Из этой гигантской суммы — 645 млн золотых рублей — в конечном счёте в руки большевиков попало золото на 409 млн рублей золотом. Нетрудно понять, что разница составила весьма внушительную сумму, 236 млн золотых рублей. Что с ними произошло? Куда оно делось, это золото?

    Н. ВАСИЛЕНКО: У нас очень много вопросов в чате: как его вывезли?

    О. БУДНИЦКИЙ: Это я легко могу сказать, как его вывезли. Вывезли его сначала на эшелонах, на поездах из Омска, где оно хранилось, во Владивосток.

    Н. ВАСИЛЕНКО: То есть из ставки Колчака, получается.

    О. БУДНИЦКИЙ: Да. Есть такой фильм, не имеющий никакого отношения к реалиям, о некоем золотом эшелоне. Их было пять, этих золотых эшелонов, на самом деле, на которых везли золото во Владивосток, а оттуда его на кораблях, на судах отправляли дальше. В Гонконг, в хранилище «Гонконгского и Шанхайского банка» (это был британский банк на самом деле), в хранилища французских банков, ибо первое золото купили у правительства Колчака французские банкиры. Отправляли в Японию, в «Йокогама Спеши Банк» и «Чосен Банк». Кредитовали правительство Колчака, под залог золото вывозили в хранилища британских и американских банков. Золото на 43,5 млн рублей захватил атаман Семёнов в Чите — так что один эшелон не дошёл до пункта назначения. Короче говоря, за границу отправилось золото примерно на 190 млн.

    Кем они были израсходованы и как? Это совершенно детективная, увлекательная история. Как его продавали? Ведь попробуй продай золото. Ведь это государственный золотой запас, и никакой частный банк не решится его купить без согласия своего правительства. Ведь правительство Колчака никем не признано. И почему он распоряжается этим золотым запасом? Потом какая-то власть установится в России и предъявит требования. Тоже очень сложная история. Первую партию продали с дисконтом большим. В общем, увлекательнейший сюжет. Одна из наиболее интересных частей — это то, что часть золота, не потраченного в годы Гражданской войны на вооружение, обмундирование и на самые разные вещи, вплоть до школьных учебников, осталась на руках у эмигрантских дипломатов. Часть потратили на помощь русской эмиграции, часть пытались сохранить для будущего правительства постбольшевистской России. Я проследил, как это золото расходовалось вплоть до конца 1950-х гг. Вот, собственно, об этом книжка, — как и что стало с этим золотом. Кое-что, действительно, похитили, но это очень незначительная часть.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Олег Витальевич, буквально минутка осталась. Я не прошу, опять же, раскрыть все секреты, пусть читатель придёт и узнает это из книги, но в каком-то виде золото вернулось в Россию?

    О. БУДНИЦКИЙ: Нет.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Всё. Мы поговорили о разных исторических явлениях, и, я думаю, этот эфир нам ещё предстоит пересмотреть и переосмыслить. И я прощаюсь с вами, Олег Витальевич, до новых встреч!

    О. БУДНИЦКИЙ: Да, спасибо, всего доброго.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Я напоминаю, книги, о которых мы говорили, — это «Люди на войне», «Другая Россия» и «Золото Колчака». Всё это вышло в издательстве «Новое литературное обозрение».

    Ну, а мы продолжаем нашу трансляцию, и совсем скоро к нам подключится Николай Александров, и вас ждёт очередной обзор «Книжечек» в прямом эфире. И, опять же, у нас было небольшое домашнее задание, назовём это так. Тогда нам Людмила Евгеньевна Улицкая посеяла мысль, что большой роман себя изжил, и вот я попросил Николая своё мнение по этому вопросу представить, что он и обещал сделать. И вот, кажется, Николай Александров уже с нами. Николай, слышите ли вы меня?

    Н. АЛЕКСАНДРОВ: Никита, здравствуйте! Слышу прекрасно.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Ура! И я вас слышу и вижу, и зрители в чате также передают свои приветы. Что ж, я уже напомнил о нашем разговоре про большой роман. И также самое важное — это обзор книг, который мы от вас ждём.

    Н. АЛЕКСАНДРОВ: Ну, действительно, наверное, если иметь в виду классический большой роман, канон романа, который формировался на протяжении 19-го в., затем, кстати говоря, прекрасно себя чувствовал в советскую эпоху; последние 30 лет мы могли видеть примеры такого рода романов, причём самых разных. Один из последних примеров — роман Виктора Ремизова «Вечная мерзлота», посвящённый строительству «дороги смерти» Салехард — Игарка, который касается трагических событий. Напомню, что эта дорога так и не была построена. Это был последний из утопических проектов Сталина: железная дорога, связывающая два северных, полярных города, которая унесла тысячи жизней и остатки которой можно видеть как со стороны Красноярска, так и со стороны Салехарда. Так вот, само это повествование, как ни странно (а может быть, и не странно), кажется несколько устаревшим просто потому, что роман требует цельности. Роман всегда нам изображает мир, в котором существуют какие-то законы.

    Можно было бы приводить много примеров. Ну, скажем, роман «Петербург» Андрея Белого, который появился в начале 20-го в. и который вроде бы писался не в военное время, тем не менее был наполнен предчувствием надвигающейся катастрофы, и поэтому Белый писал его совершенно иначе, нежели канонический российский роман. У него, кстати, были опыты в каноническом романе — «Серебряный голубь», например. Можно было бы приводить ещё множество самых разных примеров такого рода.

    Особую вселенную, разрушенную, обращённую в руины, создаёт Сорокин в романе «Доктор Гарин», который отсылает к «Метели». Несмотря на то, что по форме это типичная сказка о любви, тем не менее это мир, в котором мы находим осколки. Мир, который начинается, если вы помните, с изображения психиатрической больницы — которая, между прочим, называется «Алтайские кедры», — где мы находим бывших властителей мира. Они все узнаваемы. Ну, например, Ангела или, например, Владимир, единственная реплика которого «это не я». На протяжении всего романа он повторяет. Бывшие властители мира, значит, в таком странном виде изображены.

    Один из романов, который идёт как будто по следам Сорокина, пытаясь соединить вот эти клочки самых разных миров, между прочим, — это относительно недавно вышедший роман Александра Соболева, он вышел в «Издательстве Ивана Лимбаха», называется он «Грифоны охраняют лиру». Это Москва, которая избежала революционной катастрофы, 1950-е гг. Этот роман не то чтобы прошёл незамеченным — разумеется, критики на него обратили внимание. Я всем его рекомендую прочитать, хотя я о нём уже говорил, — особенно тем, кто ещё с этим романом не знаком. Удивительно, что этот странный альтернативный мир тоже завершается предчувствием войны.

    И, кстати говоря, в этом же «Издательстве Ивана Лимбаха» в скором времени выйдет новый роман Александра Соболева, и я думаю, что у нас будет время (надеюсь, по крайней мере) отдельно о нём поговорить. Он называется «Тень за правым плечом». Действие происходит в 1916 г. Я обращаю внимание на эту дату, она тоже, в общем, знаковая. А больше пока никаких подробностей об этом романе говорить не буду, не буду раскрывать сюжет и саму ситуацию этого романа, но, я думаю, у нас ещё будет время об этом поговорить.

    Действительно, это странное состояние руинированного мира, осколков, раздробленности приходит к такому странному смешению, странным совпадениям. Я не случайно об этом говорю, потому что в том же «Издательстве Ивана Лимбаха»… Я прошу прощения, у меня сегодня будет день петербургского «Издательства Ивана Лимбаха». Я извиняюсь перед всеми другими издателями, обычно я, как правило, совмещаю самые разные издательства в своём обзоре, но вот сегодня так получилось.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Они это заслужили, признаем честно.

    Н. АЛЕКСАНДРОВ: Да, да. Только что вышел сборник замечательного петербургского поэта Виктора Кривулина, который называется «Ангел войны». Это стихи 1960—1970-х гг., сборник, который сегодня читается совершенно по-другому, и он пронизан этим ощущением войны и катастрофы. Виктор Кривулин родился в 1944 г. в военном госпитале. И вот это, если угодно, генетическое переживание, воспоминание о войне наполняет все его стихотворения, которые касаются самых разных вещей. Понятно, что для него, например, 1968 г. был необыкновенно важен — пепел, который разносится по Европе, и сама Чехия, которая в его лирическом ожидании как будто вот-вот обратится в пепел. Всё это сегодня читается совершенно иначе. И начал я об этом говорить, потому что буквально позавчера мне подарили двухтомник Виктора Кривулина же, который вышел в Израиле. Это сборник, который подготовила вдова, первая жена Виктора Кривулина Анна Кацман. Это две тетради Виктора Кривулина, рукописные, которые потерялись и спустя полвека были найдены. И, кстати говоря, надеюсь, что моё сообщение никоим образом не станет причиной спора об авторских правах, то есть ещё одного конфликта, этого только нам не хватало. Я надеюсь, что этого удастся избежать. Потому что, разумеется, некоторые пересечения в этих сборниках есть.

    Стихотворение, которым открывается книга «Издательства Ивана Лимбаха» «Ангел войны». И, кстати говоря, стихотворение в этой книжке так и называется — «Ангел войны».

    Выживет слабый. И ангел Златые Власы
    В бомбоубежище спустится, сладостный свет источая,
    В час, когда челюсти дней на запястье смыкая,
    Остановились часы.

    Выживет спящий под лампочкой жёлтой едва,
    Забранной проволокой — чёрным намордником страха.
    Явится ангел ему, и от крыльев прозрачного взмаха
    Он задрожит, как трава.

    Выживет смертный, ознобом души пробуждён.
    Голым увидит себя на бетонных распластанных плитах.
    Ангел склонится над ним, и восходит в орбитах
    Две одиноких планеты, слезами политых;
    В каждой — воскресший, как в тёмной воде отражён.

    Я не успел сказать ещё об одной книге, может быть, буквально два слова я скажу, потому что об этой книге я тоже, наверное, буду говорить позже. Она готовится в «Издательстве Ивана Лимбаха». Автор — Джонатан Шнир, «Заговор Локкарта: любовь, предательство, убийство и контрреволюция в России времён Ленина». Эта книжка появится в скором времени. Она говорит о попытках свержения большевистской власти в 1918 г. Думаю, что она многих интересует. А последний разговор о ней нас ждёт также, надеюсь, в ближайшем будущем.

    Н. ВАСИЛЕНКО: Сегодня мы говорили о делах минувших, прошедших, но меня не покидало ощущение, что мы просто смотрели в окно. Николай Александров, «Книжечки». Спасибо большое.

    Н. АЛЕКСАНДРОВ: Никита, спасибо.

    Н. ВАСИЛЕНКО: А я прощаюсь со всеми нашими зрителями и напоминаю, что сегодня мы вещание ещё не прекращаем, и в 4 часа программа «Дифирамб» на канале «Живой Гвоздь». Ольга Журавлёва будет беседовать с Иосифом Райхельгаузом. Поэтому в 4 часа возвращайтесь к нам, мы не прощаемся. И, кроме того, не забывайте shop.diletant.media, последние выпуски журнала «Дилетант» и книжные интересные новинки.

    © Дилетант
    © Podtail 2022

       

      

      

      

     

     

     

    russisch 

    Der Mensch vor dem Hintergrund der Epochen
     
     
    „Book Casino. Geschichten“ vom 16. April 2022 Gast – Oleg Budnitsky, Doktor der Geschichtswissenschaften. Die Moderatoren sind
    Nikita Vasilenko und Nikolai Alexandrov, ein literarischer Kolumnist in der regelmäßigen Kolumne "Bücher"
     
     
     
     
    Oleg Witaljewitsch Budniyitsky ist Schriftsteller, sowjetischer und russischer Historiker, spezialisiert auf die russische Geschichte der zweiten Hälfte des 19. und 20. Jahrhunderts. Dr. in Geschichte, Professor, Direktor des Internationalen Zentrums für Geschichte und Soziologie des Zweiten Weltkriegs und seiner Folgen an der National Research University Higher School of Economics, Mitglied der Europäischen Akademie, Chefredakteur des Jahrbuchs The Archive of Jewish History.

    In der neuen Ausgabe von "Book Casino" - Oleg Budnitsky, Ph.
    Der Moderator ist Nikita Vasilenko, und Nikolai Alexandrov, Literaturkolumnist, mit der regelmäßigen Kolumne "Bücher".
     
     
       
     
       

    N. VASILENKO : Samstag, 16. April, YouTube-Kanal "Amateur" , am Mikrofon Nikita Vasilenko. Grüße an alle Zuschauer unserer Sendung. Und wie immer das Book Casino. Geschichten“. Lass mich dich daran erinnern, dass deine Unterstützung für uns wichtig ist, also abonniere, verbreite das Video, teile es mit Freunden, setze Likes. Und ich werde auch meinen Direktor vorstellen, der mir heute hilft - das ist Alexander Lukyanov. Dank ihm. Vergessen Sie auch nicht, dass wir Bücher in unserem E-Shop haben . Heute, einschließlich Bücher von dort, aus diesem Laden, werden wir sprechen. Viele sind bereits ausverkauft, aber wir aktualisieren unser Sortiment ständig.

    Das letzte Mal in dieser Sendung, in der Sendung unseres Programms, haben wir uns mit Lyudmila Ulitskaya getroffen . Wir haben mit ihr darüber gesprochen, wie man angesichts schrecklicher Umbrüche menschlich bleiben kann. Hin und wieder reduzierten wir das ganze Gespräch auf einige historische Parallelen, einige Beispiele aus der Geschichte. Ich dachte, dass es mir wichtig ist, in der nächsten Ausgabe, also heute, einen Menschen anzurufen, der die Geschichte versteht, und ich freue mich, den Autor der Bücher „Menschen im Krieg“, „Der Andere Russland“, Doktor der Geschichtswissenschaften Oleg Budnitsky. Oleg Vitalievich, hallo!

    O. BUDNIZKY : Guten Tag.

    N. VASILENKO : Wir werden jetzt unser Gespräch beginnen. Ich werde bald eine kleine Ankündigung machen. Es gibt auch ein drittes Buch von Oleg Vitalyevich - eine Neuheit, über die wir definitiv auch sprechen werden, aber ich werde es vorerst ein wenig vor Ihnen geheim halten. Ich wollte mit theoretischen Fragen beginnen. Oleg Vitalievich, wie wahr ist die Aussage, dass sich die Geschichte in einer Spirale bewegt?

    O. BUDNIZKI: Aus meiner Sicht nicht zu fair. Es ist natürlich möglich, einige Ähnlichkeiten, Parallelen und offensichtliche Wiederholungen in einem so langen historischen Zeitraum zu finden. Tatsächlich ist die Geschichte einzigartig, das ist ihr Unterschied zu, sagen wir, Physik oder Chemie. Und überhaupt die Geisteswissenschaften aus den exakten und den Naturwissenschaften. Es gibt bestimmte Gesetze, die immer und überall gelten. In der Geschichte wird alles durch die Handlungen von Menschen unter bestimmten Umständen, von bestimmten Menschen bestimmt. Und die Dinge laufen vielleicht nicht so, wie Sie es sich vorgestellt haben. Vielleicht zum Schlechteren, vielleicht zum Besseren, aber nicht so. Und alle Analogien in der Geschichte sind hinfällig. In gewisser Weise gibt es eine Ähnlichkeit bestimmter, sagen wir, Regime oder historischer Persönlichkeiten, aber im Allgemeinen ist natürlich alles individuell und einzigartig. Und darin liegt sowohl Interesse als auch Charme und Schrecken unserer Wissenschaft, wenn Sie so wollen.

    N. VASILENKO : Die zweite Frage ist also eine theoretische Frage. Eine personalisierte Herangehensweise an das Studium der Geschichte, insbesondere unserer Geschichte, bei der wir immer, auch als Studenten, als Schulkinder, mit der Tatsache konfrontiert sind, dass wir alles, was passiert ist, durch das Prisma der Untersuchung der Herrschaft des einen oder anderen studieren Führer des Landes zu dieser Zeit. Gibt es Ihrer Meinung nach mehr Nutzen oder Schaden in diesem personalisierten Ansatz?

    O. BUDNITSKY : Es gibt weder das eine noch das andere. Das sind überhaupt nicht die Kategorien für einen Historiker – mehr gut oder mehr schaden. Was ist eigentlich die Aufgabe des Historikers? Verstehe, was passiert ist und zweitens, warum es passiert ist. Der zweite ist viel schwieriger als der erste. Natürlich studieren wir in der Geschichte sowohl die Gesellschaft als auch, sagen wir, die Wirtschaft, wir studieren einige soziale Schichten, Psychologie, wenn Sie so wollen, und so weiter. Und wir untersuchen die Handlungen bestimmter Personen.

    Warum wird Persönlichkeiten in der Geschichte Russlands viel Aufmerksamkeit geschenkt? Denn leider ist dieses personalistische Moment in unserer Geschichte sehr stark. Ich möchte Sie daran erinnern, dass das Land bis zum 17. Oktober 1905 autokratisch war. Dann hörte es sozusagen auf, autokratisch zu sein, und wurde sozusagen eine konstitutionelle Monarchie. Trotz der Tatsache, dass die Macht des Kaisers natürlich kolossal war und von einigen Institutionen wie der Staatsduma nur sehr schwach eingeschränkt wurde. Nun, in der Sowjetzeit wurde dieses Modell im Allgemeinen bis zu einem gewissen Grad reproduziert. Und die Macht des Generalsekretärs war (jedenfalls in der stalinistischen und sogar in der leninistischen Zeit) praktisch absolut und übertraf übrigens das Machtniveau der absoluten Monarchen Russlands erheblich. Jedenfalls die nachpetrine Ära. Das Studium von Persönlichkeiten ist also unvermeidlich, und es erklärt wirklich viel.

    N. VASILENKO : Und jetzt möchte ich zu einem der Bücher übergehen, die ich bereits erwähnt habe – das ist „People at War“, herausgegeben vom Verlag „New Literary Review“. Und schon in der Einleitung stellt sich die Frage: Warum wirken Menschen im Kampf der Mächte und Führer wie gesichtslose Komparsen? Und eine dieser Quellen, die diese Depersonalisierung beseitigt, sind natürlich Tagebücher. Tagebücher von Zeitzeugen, Tagebücher von Teilnehmern an Veranstaltungen. Und hier habe ich zwei Fragen auf einmal: Welchen Wert hat das Tagebuch und kann man sagen, dass das Tagebuch zum Beispiel des Siegesmarschalls und des einfachen Soldaten im historischen Kontext ausgeglichen sein wird?

    O. BUDNITSKY : Ja, sie werden ausgeglichen sein. Auf welche Weise: das Tagebuch eines Marschalls ... Tatsächlich kennen wir meiner Meinung nach nur ein solches Tagebuch - dies ist das Tagebuch des zukünftigen Marschalls Eremenko . Und derjenige, den er anführte, war im Allgemeinen ziemlich unregelmäßig - es ist verständlich, er befehligte die Fronten, wurde verwundet und so weiter. Dies ermöglicht es uns, unterschiedliche Ebenen von Ereignissen, unterschiedliche Ebenen von Gefühlen und Handlungen von Menschen im Krieg zu verstehen. In unserem Land - ich meine, in der Sowjetunion, in der postsowjetischen Zeit - herrschte sehr lange die Sichtweise von Göttern und Helden vor und herrscht vor. Was tat derjenige, der das dachte. Ich möchte Sie daran erinnern, dass eine Reihe von Militärerinnerungen in der Sowjetzeit sehr beliebt waren. Im Grunde handelte es sich um Memoiren der Generäle, die in der Regel nicht von den Generälen selbst verfasst wurden. Berühmte Memoiren von Marschall Schukowwerden natürlich weitgehend von Literaturredakteuren dargelegt, und wo ist die Stimme von Schukow selbst und wo ist der geglättete Text - das ist eine große Frage. Ganz zu schweigen von den zahlreichen Zensurausschnitten, Inserts und so weiter.

    Apropos Tagebücher. Was ist der Wert? Dies ist die authentischste Quelle nicht nur zur Kriegsgeschichte, sondern zur Geschichte im Allgemeinen. Schließlich schrieben die Leute hier und jetzt. Derjenige, der die Notizen machte, wusste oft nicht, ob er den nächsten Tag oder gar diesen Abend oder Tag noch erleben würde. Es gibt solche Tagebücher, komm vorbei. Zum Beispiel das Tagebuch von Georgy Slavgorodsky. Ich schreibe in diesem Buch über ihn, einen sehr ungewöhnlichen Menschen. Er legte ein Datum für den nächsten Eintrag fest und erlebte dieses Datum nicht mehr. Es war Januar 1945, schon in Polen. Er starb Ende Januar 1945, posthum mit dem Titel „Held der Sowjetunion“ ausgezeichnet. Und er führte Tagebuch. Ein solcher neuer sowjetischer Intellektueller aus dem Hinterland, aus der Region Rostow, der eine pädagogische Ausbildung erhielt, ein Lehrer, ein Lehrer der russischen Sprache und Literatur. Gleichzeitig schrieb er absolut ungeheuerlich auf Russisch: was ein wenig über das Niveau dieser Ausbildung aussagt. Er träumte davon, ein Schriftsteller zu sein und möglicherweise ein neuerLeo Tolstoi . Er wird ein neues „Krieg und Frieden“ schreiben – vermerkt er in seinem Tagebuch. Aber am besten schaffte er es, nicht zu schreiben, sondern zu kämpfen. Und er schreibt sogar so: Er wurde wieder vom Krieg mitgerissen. Und er wurde vom Feldwebel zum Major, Bataillonskommandeur. Es ist immer noch nicht so verbreitet. Er war ein absolut wunderbarer Krieger, obwohl er von etwas ganz anderem träumte. Er träumte von der Liebe, von einem friedlichen Leben, davon, mit Kameraden zu trinken und Bücher zu schreiben. All das spiegelt sich in seinem Tagebuch wider, es ist ein wunderbarer Text. Und er erzählt uns von den Menschen im Krieg und von diesem Krieg selbst: wie es war, wie die Menschen es wahrgenommen haben. Slavgorodsky begann 1941 zu kämpfen, und er hat wunderbare Notizen über die ersten schwierigen Kriegsmonate , über die Schlacht von Stalingradan denen er teilnahm. Leider endete sein Leben im Januar 1945.

    N. VASILENKO : Oleg Vitalievich, Sie haben das Beispiel von Slavgorodsky, seinem Tagebuch, gegeben, aber gibt es Tagebücher, die Historikern geholfen haben, einige Ereignisse des Großen Vaterländischen und des Zweiten Weltkriegs zu überdenken , das heißt nicht unbedingt unsere Landsleute, aber jemand, vielleicht von -im Ausland?

    O. BUDNITSKY : Wissen Sie, ich möchte mich auf unsere Geschichte konzentrieren. Tatsächlich gibt es viele Tagebücher, die im Ausland, sagen wir in Deutschland, geführt wurden. Tagebücher, gelinde gesagt, waren uns nicht willkommen, überhaupt keine Aufzeichnungen. In Deutschland wurde es im Gegenteil, bitte, sogar gefördert, und es ist eine ziemlich umfangreiche Literatur erhalten geblieben, die die Bildung der Psychologie dieser Welteroberer usw. zeigt. In unserem Land gab es zwar keine förmliche Anordnung, Tagebücher zu verbieten, aber es war im Allgemeinen unter allgemeiner Geheimhaltung nicht erlaubt. In einigen Fällen wurde dies natürlich ignoriert.

    Die Tagebücher sind sehr unterschiedlich. Das Tagebuch von Vladimir Gelfand, das ich veröffentlicht habe, ist so ein riesiger Band, 750 Seiten mit Kommentaren. Und ein Essay über Gelfand in diesem Buch, "People at War". Er führte ein Tagebuch aus der Vorkriegszeit, aus der Schule, dem Abitur und bis 1946, bis zu seiner Zeit als Offizier der sowjetischen Besatzungsarmee in Deutschland. Und es ist ein erstaunlich interessantes Tagebuch, weil er so ein naiver Typ ist. Wenn der Krieg beginnt, was schreibt er auf: Nun, ja, jetzt müssen die Ferien anscheinend anders verbracht werden. Das ist der erste Gedanke, der ihm in den Sinn kommt. Für eine solche Person, die diesen Krieg durchgemacht hat, ist dies das Tagebuch eines sehr naiven, so offenen Mannes, der auch davon träumt, Schriftsteller zu werden. Sehr viele derjenigen, die Tagebücher führten, träumten davon, später Schriftsteller zu werden, machten sich diesbezüglich Notizen. Er schreibt Dinge auf die wahrscheinlich ein Erwachsener oder, sagen wir, ein intelligenter Mensch nicht einmal zu Papier bringen würde, nicht einmal für sich selbst. Irgendwo versteht der Tagebuchhalter, dass er nicht nur für sich selbst schreibt. Das ist äußerst interessant: Leben und Bräuche in der Armee und nicht in der Armee, die Einstellung der Menschen zu dem, was passiert.

    Er ist ein Sowjetmann bis ins Mark seiner Knochen, so ein Mitglied des Komsomol, dann ein junger Kommunist. Gleichzeitig schreibt er mit einigem Entsetzen nieder ... Es passiert wieder einmal am Don, wo einst der Bürgerkrieg donnerte, wo es sehr schwierige Beziehungen zur Sowjetregierung gab, dann Enteignung und so weiter. Und jetzt, nachdem er einige Zeit, mehrere Wochen dort gekämpft hat, sagt er: Zum ersten Mal hörte er das Wort „unsere“. Das heißt, die Rote Armee, die zur Befreiung kam. Dort werden "Russen" und "Deutsche", "unsere" nicht genannt. Hier ein interessanter Eintrag. Und er schreibt zum Beispiel über den kolossalen Antisemitismus, der in der sowjetischen Gesellschaft und in der Roten Armee existierte, auch während des Krieges. Und das ist ein Paradoxon: Die Armee, die den Faschismus besiegte, befreite Auschwitz und so weiter. Er hat diese antisemitischen Äußerungen hautnah miterlebt. Und natürlich ist sein Tagebuch der deutschen Zeit absolut einzigartig. Es ist so interessant. Immerhin erschien es zuerst auf Deutsch – der Teil des Tagebuchs, der Deutschland gewidmet ist – und wurde in Deutschland in einer riesigen Auflage verkauft, mehr als 80.000 Exemplare. Kopien. Danach wurde es bereits vollständig in russischer Sprache veröffentlicht, vorbereitet von meinen Mitarbeitern und Ihrem gehorsamen Diener. Das ist ein solcher Schnitt der Kriegsgeschichte, der nur von Leuten reflektiert werden kann, die sich in diesem Dickicht befinden, die noch nicht wissen, wie man über den Krieg schreibt, es gibt keinen offiziellen Kanon. Und obwohl sie manchmal in eine Amtssprache einbrechen, sind dies in der Regel Aufzeichnungen darüber, was eine Person fühlt.

    N. VASILENKO : Aber alle möglichen Manifestationen: „Es lebe unser Führer, es lebe Genosse Stalin “ - bricht da eine Art Angst durch?

    O. BUDNITSKY : Auf unterschiedliche Weise. Hier zum Beispiel ist derselbe Gelfand, wie gesagt, ein Sowjetmann bis ins Mark seiner Knochen. Er sieht alle Arten von Schrecken, Ausschreitungen und so weiter und bringt dies in keiner Weise mit der Persönlichkeit Stalins in Verbindung. Und nach dem Krieg gibt es einige regelmäßige Wahlen zum Obersten Sowjet und so weiter, schreibt er: "Stalin ist meine große Sonne." So schreibt er. Alles Gute im Leben ist mit dem Führer verbunden, und alles Schlechte steht irgendwie im Widerspruch zum Führer. Nun, das ist so eine Standard-Psychologie mehr oder weniger.

    In einigen Tagebüchern werden weder das Vaterland noch die Partei noch Stalin überhaupt erwähnt. Allgemein. Es geht einfach über die Interessen der Menschen hinaus, sie leben für heute und nehmen auf. Zum Beispiel ein sehr interessantes Tagebuch von Pavel Elkinson, Sgt. Ein Notizbuch besteht im Wesentlichen aus anderthalb Notizbüchern. Warum hat er angefangen, in sein Tagebuch zu schreiben? Er kämpfte ab 1942, war an der Front. Da er im Ausland war, überquerte sein Teil den Prut. Er schreibt auf: wahrscheinlich nie im Leben, werde ich wieder im Ausland sein, ich muss meine Eindrücke aufschreiben. Hier ist so ein interessanter militärischer "Tourismus". Und er reiste nach Rumänien, Bulgarien, Jugoslawien, Ungarn und Österreich. Und er schildert seine Eindrücke von Begegnungen mit Menschen, von Leben und Kultur, von Frauen. Nun, natürlich zieht sich das Frauenthema da wie in jedem Soldatentagebuch als roter Faden durch. Nikolai Nikulin in seinen wunderbaren Memoiren, die vielleicht vielen bekannt sind geschrieben 30 Jahre nach dem Sieg in der Tabelle, da es klar ist, dass solche Texte unter sowjetischer Herrschaft nicht veröffentlicht werden konnten, schreibt, dass die Hauptthemen der Gespräche (und damit Interessen) der Soldaten Tod, Essen und Sex waren. Und das sehen wir wie einen roten Faden durch die Tagebücher ziehen. Das heißt, die Menschen interessieren sich für das Wichtigste, was in ihrem Militärleben passiert ist.

    N. VASILENKO : Was ist mit Zukunftsfantasien, Träumen?

    O. BUDNIZKI: Nun, es gibt. Ich sprach über die Träume von Georgy Slavgorodsky oder anderen Leuten. Die Menschen leben sehr oft für heute, und manche führen Tagebuch offensichtlich nicht nur, um ihre Eindrücke aufzuschreiben, manche aus Einsamkeit, wie Gelfand. Er schreibt: "Tagebuch, lieber Freund." Er ist völlig allein, konvergiert irgendwie schlecht mit Menschen. Hier liegt das Problem nicht nur bei diesen Leuten, sondern auch bei ihm persönlich, so einem Egozentriker. Es ist sehr schwierig, vorauszudenken, besonders wenn es sich um die Tagebücher von Menschen handelt, die tatsächlich an Schlachten teilnehmen, Menschen, die an der Frontlinie oder sehr nahe an der Frontlinie stehen. Zum Beispiel ist Georgy Slavgorodsky ein Infanterist, Vladimir Gelfand ist ein Mörserschütze, nur die Infanterie ist schlimmer als das, das ist das meiste, was sie als Frontend bezeichnen. Pavel Elkinson - er ist ein Artillerieaufklärer, das heißt derjenige, der das Feuer korrigiert und sich an einem gefährlichen Punkt befindet. Sie schaffen es jedoch zu schreiben. Elkinson hat einen absolut erstaunlichen Eintrag in seinem Tagebuch. Das ist Ungarn, sie überqueren die Donau, es gibt sehr schwere Kämpfe - und in Ungarn gab es 1945 sehr schwere Kämpfe, es war sehr schwierig, es gab eine 120-tägige Belagerung von Budapest und einen sehr schweren Angriff. Und an einem Tag sterben vier seiner Kameraden. Und er schreibt: „Wann bin ich dran?“. Er hofft nicht wirklich, das Ende des Krieges zu erleben, und das ist bereits 1945, Januar-Februar. Es gibt dort also einige Träume über die Zukunft, aber ich würde nicht sagen, dass dies eine Art Hauptthema ist, das ist fast nicht existent. Und an einem Tag sterben vier seiner Kameraden. Und er schreibt: „Wann bin ich dran?“. Er hofft nicht wirklich, das Ende des Krieges zu erleben, und das ist bereits 1945, Januar-Februar. Es gibt dort also einige Träume über die Zukunft, aber ich würde nicht sagen, dass dies eine Art Hauptthema ist, das ist fast nicht existent. Und an einem Tag sterben vier seiner Kameraden. Und er schreibt: „Wann bin ich dran?“. Er hofft nicht wirklich, das Ende des Krieges zu erleben, und das ist bereits 1945, Januar-Februar. Es gibt dort also einige Träume über die Zukunft, aber ich würde nicht sagen, dass dies eine Art Hauptthema ist, das ist fast nicht existent.

    N. VASILENKO : Ich würde gerne über andere Quellen sprechen. Dies sind amtliche Dokumente. Am häufigsten erinnern wir uns im Zusammenhang mit dem Großen Vaterländischen Krieg an den Molotow-Ribbentrop-Pakt , und hier möchte ich an seinem Beispiel die Frage der Verifikation analysieren. Viele weigern sich sogar, trotz der Tatsache, dass der Pakt und die geheimen Protokolle freigegeben wurden, immer noch, an ihre Wahrhaftigkeit zu glauben. Ja, es gibt bestimmte Kategorien von Personen, die diese Dokumente bereits angenommen haben, sie sagen, dass dies so hätte sein sollen, dass wir dadurch Zeit, Ressourcen und so weiter und so weiter gespart haben. Aber es gibt Leute, die sagen, dass Chruschtschow es einmal umgeschrieben hat, Gorbatschow , ich weiß nicht, Jelzin... Und sie sind nicht bereit zu glauben, dass solche Dokumente existierten. Überprüfungsprobleme – wie kann man dem Laien vermitteln, dass dieses Dokument existiert und echt ist?

    O. BUDNIZKI: Auf keinen Fall. Es ist eine Glaubenssache. Natürlich haben wir das Original. Sie erinnern sich wahrscheinlich nicht an diese Geschichte, als 1989 der Molotow-Ribbentrop-Pakt und die Geheimprotokolle dazu ihr Jubiläum feierten. Der Nichtangriffspakt zwischen der UdSSR und Deutschland ist nicht kriminell. Der „kriminelle“ Teil sind die geheimen Protokolle zu diesem Pakt. Dies war aus meiner Sicht der größte Fehler Stalins, denn es war natürlich seine persönliche Entscheidung, diese Dokumente zu unterzeichnen. Aber in einem der Aufsätze, die das Buch eröffnen, analysiere ich, was es Deutschland und was es der Sowjetunion gebracht hat. Natürlich hat Deutschland enorm von diesem Pakt profitiert, und wenn man sich anschaut, was die Sowjetunion erworben hat - rein pragmatisch verwerfe ich die moralische Seite - Westukraine, Westweißrussland, die baltischen Staaten, einen Teil Finnlands und einige Stücke: Nordbukowina, Bessarabien. Und was hat Deutschland bekommen: Frankreich, Belgien, Holland und die Liste geht weiter, mit ihrer mächtigen Industrie, ihren Ressourcen und so weiter. Und natürlich profitierte Deutschland enorm von diesem Vertrag, indem es sicherstellte, dass es keine Ostfront gibt. Das musste natürlich 1941 bezahlt werden.

    Über Authentizität oder Unechtheit. Zu Sowjetzeiten wurde immer geleugnet, dass es keine Vereinbarungen gab, und das alles ist eine Lüge. Es ist klar, dass das Abkommen mit Nazideutschland meiner Meinung nach der schwerste Schlag für den Ruf des kommunistischen Regimes im Allgemeinen und für Genosse Stalin persönlich war. Und es wurde immer verneint. Tatsache ist, dass sie veröffentlicht wurden, diese Texte, laut Fotokopien, die die Amerikaner neben anderen Materialien des deutschen Außenministeriums und allem anderen gefunden haben. Sie wurden veröffentlicht, als der Kalte Krieg begann . Bei den Nürnberger Prozessenes wurde nicht diskutiert, es wurde einfach beiseite geschoben und das war's. Als der Kalte Krieg begann, veröffentlichten sie diese Protokolle. In der UdSSR veröffentlichten sie eine riesige Ausgabe einer historischen Referenz namens "Falsifiers of History", in der diese Protokolle praktisch ohne Erwähnung überhaupt erwähnt wurden, damit ein gewisses Wissen nicht, wie sie sagen, in die Massen eindringen würde ...

    N. VASILENKO : Erschaffe einfach Informationslärm, so einen Schleier.

    O. BUDNIZKY : Ja, ja, ja. Im Allgemeinen wurde dieser Fall irgendwie geleugnet. Und 1989 wurde auf dem Kongress der Volksabgeordneten vorgeschlagen, diese sehr geheimen Protokolle des Molotow-Ribbentrop-Pakts, im Allgemeinen dieses gesamte Abkommen, zu kündigen. Und die Volksabgeordneten stimmen zuerst dagegen, weil es keine gibt. Dass wir abstimmen werden, was nicht anprangern. Es war ein Skandal. Und dann, meiner Meinung nach, taucht dann Alexander Jakowlew auf, der für den historischen Teil zuständig war und sagt: Na ja, wissen Sie, hier haben die Kameraden gesucht und gefunden. Und er legt dieselben Dokumente vor, die die ganze Zeit über – und dies ist eine der erstaunlichsten Geschichten – dieses aus meiner Sicht kompromittierendste Dokument für die Sowjetregierung nicht zerstört und aufbewahrt wurde. Woher? Es wurde in einer speziellen Geheimmappe des Generalsekretärs aufbewahrt.

    N. VASILENKO : Das heißt, es wurde von Sekretär zu Sekretär vererbt.

    O. BUDNIZKY : Es wurde übermittelt, ganz richtig. Also, und wann: schau, hier sind sie, tatsächlich gibt es sie, sie wurden denunziert. Bereits nach dem Sturz des kommunistischen Regimes wurden diese Geheimprotokolle in der Zeitschrift Questions of History als Faksimile veröffentlicht und mehrfach nachgedruckt. Es gibt ein direktes Faksimile, Ungläubige können es nehmen und anschauen. Natürlich kann man sich vorstellen, dass auch das vorgetäuscht wurde, aber das geht sozusagen über die Grenzen des historischen Bewusstseins hinaus, es ist eine Glaubenssache.

    N. VASILENKO : Nun, dann lassen wir diese Frage in der Kategorie des Glaubens, und Sie werden gemäß Ihrem Glauben ja sein.

    O. BUDNIZKI: Ich möchte hier übrigens über Archivdokumente sprechen. Sie müssen verstehen, es gibt so eine naive Idee, dass die Archive geöffnet werden … Die Archive sind in einem sehr bedeutenden Ausmaß geöffnet. Tatsächlich haben wir jetzt so viele Dokumente, dass, wenn Historiker anfangen, sie jetzt zu studieren, ihr Leben und sogar das Leben ihrer Kinder und Enkelkinder nicht ausreichen wird. Dies sind kolossale Arrays, es geht darum, auszuwählen, was Sie für wichtiger, weniger wichtig und so weiter halten. Aber vieles bleibt verschlossen, das stimmt absolut. Vieles bleibt geschlossen. Was in den Archiven des FSB aufbewahrt wird, einige Dokumente der Politischen Hauptdirektion der Roten Armee und so weiter. Wir wissen jedoch viel. Es muss verstanden werden, dass Archivdokumente nicht die letzte Wahrheit sind, weil Menschen Dokumente für einen bestimmten Zweck geschrieben haben. Und die Leute haben diese Texte irgendwie benutzt, um das zu tun

    Das Archivdokument unterliegt der historischen Kritik. Sie müssen verstehen, warum es geschrieben wurde. Der Text selbst ist sozusagen stumm, er muss in einen Kontext gestellt und interpretiert werden. Und das ist die Arbeit eines Historikers. Dies muss verstanden werden, und wenn ich Tagebücher schreibe und ihnen besondere Bedeutung beimesse, wenn wir Geschichte nur nach offiziellen Dokumenten schreiben, werden wir weder echte Geschichte schreiben noch verstehen. Wenn wir offizielle Dokumente verschiedener Art kombinieren, können dies operative Dokumente sein, politische Berichte über Stimmungen, Materialien von Militärtribunalen, Berichte des NKWD, NKGB des damaligen, späteren SMERSH, über Stimmungen ... Wenn all dies zusammengefügt wird, dann sehen wir ein mosaikartiges, polyphones, sehr komplexes bild . Hier ist das persönliche Zeugnis extrem wichtig. Ohne sie werden wir nie verstehen, was wirklich passiert ist. Kanon,

    N. VASILENKO : Jetzt möchte ich in die Vorkriegszeit und ins „andere Russland“ übergehen. Das ist der Titel Ihres Buches, das den Nerv der Zeit traf und sehr aktuell wurde. Ich habe folgende Frage. Tatsächlich gab es ein anderes Russland, eine Alternative zum bolschewistischen Russland, das aus Emigranten bestand. Sie sind auf der ganzen Welt verbreitet. Natürlich gab es in Europa wahrscheinlich die meisten Vertreter des anderen Russlands, und sie nahmen kolossale Ressourcen heraus. Dies ist vielleicht nicht einmal nur ein Mensch, das sind auch Goldreserven (wir werden auch darüber sprechen). Aber es bleibt nur eine Frage: Warum war es nicht möglich, dort draußen eine Art mächtiges Zentrum, ein Hauptquartier des Widerstands gegen die bolschewistische Regierung zu schaffen?

    O. BUDNIZKI : Ich verstehe. Aber nebenbei möchte ich noch zeigen, über welche Bücher wir sprechen. Dies ist "People at War", über das wir gesprochen haben und das vom Verlag "New Literary Review" in der Reihe "What is Russia" veröffentlicht wurde. Und dies ist dieses wunderbar veröffentlichte Buch, über das wir jetzt sprechen - "Das andere Russland".

    Schauen Sie, zunächst müssen Sie verstehen, dass niemand von außen, von der Emigration, jemals etwas getan hat, das zu einem Regimewechsel im Land geführt hätte. Das können nur die Menschen machen, die auf dem Land leben, drinnen sind. Natürlich kann man sehr stark beeinflussen. Eine Person, ich meine Alexander Iwanowitsch Herzen , hat die Entwicklung, das Denken der russischen Gesellschaft kolossal beeinflusst und allgemein die freie russische Presse begründet. Oder diese sozialdemokratischen Publikationen des frühen 20. Jahrhunderts, die bekannte „Iskra“ oder „Revolutionäres Russland“ Sozialrevolutionäre, die zwar auch einen Einfluss hatten, aber am Ende alles von den Menschen im Land selbst entschieden wird. Kein Emigrant hat jemals irgendwo etwas ändern können.

    Das ist das erste. Zweitens gab es kein einziges Auswanderungszentrum. Die Auswanderung brachte all diese Widersprüche, all diese Streitigkeiten, die die Menschen in Russland hatten, ins Ausland. Die Auswanderung war ganz anders. Es gab auch Monarchisten, es gab Sozialisten anderer Art als die Bolschewiki, und es gab eine riesige Masse von Menschen, die einfach vor dem bolschewistischen Regime geflohen sind, vor dem Terror, vor der Gesetzlosigkeit, vor dem Hunger und so weiter. Es gibt eine solche Idee, einen solchen Mythos, dass es sich ausschließlich um eine Elite handelte. Es ist nicht so. Die überwiegende Mehrheit der Auswanderer sind einfache Menschen. Dies sind Soldaten, Kosaken, Mitglieder verschiedener bewaffneter antibolschewistischer Formationen: sowohl weiße als auch nichtweiße, grüne, Anarchisten, wer immer Sie wollen. Unter den Auswanderern waren zum Beispiel die Generäle Denikin und Wrangel , Krasnov, Kosaken-Ataman, General der kaiserlichen Armee, und zum Beispiel der alte Makhno . Es waren also sehr unterschiedliche Leute dort, es gab auch Liberale, Kadetten, Pavel Milyukov zum Beispiel, Vasily Maklakov. Sozialisten, Revolutionäre, wen Sie wollen. Dort gab es keine Einheit, es konnte kein einzelnes Hauptquartier geben. Es gab Versuche von außen, irgendeine Art von Kampf in Russland zu organisieren, aber sie endeten in der Regel im Scheitern, zumal die Emigration von Agenten der GPU, dann des NKWD, durchdrungen wurde.

    Die berühmteste Geschichte ist die Operation "Trust", als sie eine so mythische Sonderorganisation gründeten, lockte Boris Savinkov nach Russland, in die UdSSR, er wurde dort verhaftet. Oder so ein gruseliges Beispiel: Der NKWD-Agent war General Skoblin, der letzte Kommandeur des Kornilov-Regiments, der an der Organisation der Entführung von General Miller, dem Leiter der russischen All-Military Union, beteiligt war, der in die UdSSR gebracht wurde der sowjetische Dampfer Maria Ulyanova. 1937 geschah es. Er saß zwei Jahre in der Lubjanka unter dem Namen Iwanow. Es lag nicht an ihm, sie erschossen ihre eigenen. Dann erreichten ihn 1939 Hände, und er wurde erschossen.

    Oder der Ehemann von Marina Tsvetaeva Sergey Efron. Ein ehemaliger Freiwilliger, ein Mitglied der Freiwilligenarmee, der an die Richtigkeit der bolschewistischen Ideen glaubte, wurde NKWD-Agent und musste fliehen, nach Sowjetrussland gehen, wo er leider 1941 erschossen wurde. Wir wissen, was passiert ist an Marina Tsvetaeva. Auch sie musste wieder in die Sowjetunion emigrieren, da sie im Exil geächtet wurde.

    Nun, das ist übrigens so, warum ist das nicht passiert. Andererseits will ich mich nicht nur widerlegen, sondern ein wenig korrigieren. Ich sagte, dass es einen Mythos gibt, dass die Elite die Mehrheit der Emigranten ausmacht. Nein, überhaupt nicht, aber unter den Emigranten gab es noch nie eine so große Schicht dieser ganz anderen Elite. Wir wissen am meisten über die kulturelle Elite. Das sind Schriftsteller, Künstler, Publizisten, Dichter; Ich glaube, ich muss nicht viel sagen, aber trotzdem. Erster Literaturnobelpreisträger Ivan Bunin ist ein Einwanderer. Und bis jetzt gibt es im Staatsarchiv der Russischen Föderation Ordner, in denen es geschrieben steht: die Korrespondenz des weißen Emigranten Bunin mit jemand anderem. Immerhin wurden diese Archivdateien damals beschrieben, als das NKWD für die Archive zuständig war, dann das Innenministerium und so weiter. Unmengen von Rechtsanwälten blieben dort, weil jetzt zu Hause keine echte Jurisprudenz mehr gebraucht wurde. Unternehmer gingen dorthin, einige schafften es, etwas Kapital aufzunehmen, sich an irgendeiner Art von Geschäft zu beteiligen, ich habe auch Bücher darüber. Manchmal waren sie erfolgreich. Diplomaten gingen. Im Allgemeinen die Masse der Berufstätigen, Militärprofis und so weiter. Und es entstand so ein ... anderes Russland, das bis zu einem gewissen Grad aus Menschen der Vergangenheit bestand und aus Menschen, die ein neues Russland aufbauen konnten. Darüber spreche ich auch im Buch. Das Buch handelt von der Suche nach Wegen zur Überwindung des Bolschewismus und von verschiedenen Projekten, was dieses neue Russland sein sollte. Ich schreibe die Dialoge von Vasily Maklakov und Boris Bakhmetev, mit denen dieses Buch beginnt, zusammen mit einem allgemeinen Überblick über die Geschichte der Emigration. Wie sie dieses neue Russland sahen und auf welchen Fundamenten es aufgebaut werden sollte. Aus meiner Sicht ein sehr interessantes Projekt. Meiner Meinung nach gab es zu Zeiten von Boris Jelzin sogar einen Wettbewerb um eine nationale Idee für Russland. Man könnte die Korrespondenz zwischen Boris Bakhmetev und Vasily Maklakov lesen, wo diese Idee sehr klar formuliert ist, aber wir sind noch sehr, sehr weit von der Umsetzung dieser Idee entfernt. aus meiner Sicht. 

    N. VASILENKO : In Russland muss man lange leben, wie die Klassiker sagten.

    O. BUDNIZKI : Das stimmt.

    N. VASILENKO : Ich möchte es unseren Zuschauern empfehlen. Ich habe es zwar noch nicht zum Verkauf gesehen, aber ich habe eine Veröffentlichung in der Zeitschrift Znamya gesehen. Sasha Filipenkos Roman „Kremulator“ ist die Geschichte eines weißen Emigranten, eines weißen Offiziers Pavel Nesterenko, der später nach Sowjetrussland zurückkehrte und Direktor des ersten Moskauer Krematoriums wurde. Dies ist, wenn Sie bildlich wiedergeben wollen, um die Schwierigkeiten der Auswanderung dieser Zeit zu sehen, kann ich Ihnen diesen Roman wärmstens empfehlen.

    Und es ist auch unmöglich, vor unseren Zuschauern zu verbergen, dass Sie, Oleg Vitalyevich, ein neues Buch veröffentlicht haben, Koltschaks Gold. Es gab bereits viele Fragen im Chat, und ich werde Sie nicht bitten, alle Geheimnisse, alle Schlussfolgerungen der von Ihnen durchgeführten historischen Untersuchung preiszugeben, sondern ich werde Sie einfach bitten, Mythen und Fakten zu trennen. Koltschaks Gold : Was ist es, wo ist die Wahrheit und wo sind die Mythen? Welche Mythen, wenn überhaupt, sind die beliebtesten?

    O. BUDNITSKY : Dieses Buch habe ich selbst erst vor drei Tagen erhalten. Auch in der Reihe "New Literary Review" kam "What is Russia" heraus. Was ist Koltschaks Gold? Dies ist ein großer Teil der Goldreserven des Russischen Reiches. Um genauer zu sein und über den Betrag zu sprechen, dann sind dies 645 Millionen Goldrubel, um irgendwie zu einer Art Nenner zu führen.

    N. VASILENKO : Ist es möglich, in die Neuzeit umzuwandeln, vergleichen Sie?

    O. BUDNITSKY : Lassen Sie mich Ihnen zunächst sagen, was es damals war. Zur Klarheit.

    N. WASILENKO : Komm schon.

    O. BUDNIZKI: Was ist ein goldener Rubel? Das sind 0,774 g – und noch weiter in der Periode – reines Gold. Das ist ein goldener Rubel. Goldmünzen - in dem Buch sind übrigens ihre Fotos reproduziert - wenn russisch, dann ist dies eine kaiserliche - eine 15-Rubel-Münze, eine halbimperiale - 7,5 Rubel, die beliebteste ist eine Gold-Chervonets. Die Goldreserven des Russischen Reiches bestanden hauptsächlich aus Goldbarren und Münzen. Bei den Münzen handelte es sich um 13 Staaten, die meisten übrigens Deutsche Reichsmark. Es gab britische Souveräne und vieles mehr. Zwei Goldrubel also - wir nehmen den Stand um 1917, denn damals wurde der Rubel natürlich nicht notiert, es gab einen bedingten Wechselkurs - das ist ein amerikanischer Dollar. Damals auch Gold - der Goldstandard. Zehn Rubel sind ein Pfund Sterling. Dann war es die wichtigste Weltwährung, und der größte Teil des Welthandels fand in Pfund oder Dollar statt. Das sind 490 Tonnen, wenn wir das Gewicht dieses Goldes nehmen. Der Umtausch in aktuelles Geld (da es keine Goldrubel gibt, setzen wir sie traditionell mit Dollar gleich) ist nicht so einfach. Wie viele verschiedene Arten von Abwertungen sind bereits passiert und so weiter. Aber wir sprechen von mindestens mehreren zehn Milliarden Dollar und vielleicht noch mehr.

    N. VASILENKO : Überlassen wir diese Frage den Ökonomen.

    O. BUDNITSKII : Ich schreibe darüber, ich habe detaillierte Tabellen - Änderungen der Wechselkurse verschiedener Währungen und Änderungen des Goldpreises an der Londoner Börse, damit diejenigen, die es wünschen, sehen können, und ich gebe verschiedene Daten an. aber Sie müssen verstehen, dass sich die Kaufkraft sehr stark ändert, und die Produktpalette ändert sich und so weiter. Aber das ist eine Menge Geld, ich möchte es noch einmal sagen.

    Also, was genau ist das Geheimnis? Von dieser gigantischen Summe – 645 Millionen Goldrubel – fielen schließlich 409 Millionen Goldrubel in die Hände der Bolschewiki. Es ist leicht zu verstehen, dass die Differenz einen sehr beeindruckenden Betrag ausmachte, nämlich 236 Millionen Goldrubel. Was ist mit Ihnen passiert? Wo ist es geblieben, dieses Gold?

    N. VASILENKO : Wir haben viele Fragen im Chat: Wie wurde er herausgenommen?

    O. BUDNITSKY : Ich kann leicht sagen, wie er herausgenommen wurde. Zuerst brachten sie es in Zügen, in Zügen von Omsk, wo es gelagert wurde, nach Wladiwostok.

    N. VASILENKO : Das heißt, nach Koltschaks Rate stellt sich heraus.

    O. BUDNIZKI : Ja. Es gibt einen Film, der nichts mit der Realität zu tun hat, über eine gewisse goldene Staffelung. Es gab fünf von ihnen, diese goldenen Staffeln, auf denen Gold nach Wladiwostok transportiert wurde und von dort auf Schiffen, auf Schiffen weitergeschickt wurde. Nach Hongkong, in die Tresore der „Hong Kong and Shanghai Bank“ (eigentlich war es eine britische Bank), in die Tresore französischer Banken, weil das erste Gold von französischen Bankiers von der Kolchak-Regierung gekauft wurde. Sie wurden nach Japan geschickt, zur Yokohama-Eile-Bank und zur Chosen-Bank. Der Regierung von Kolchak gutgeschrieben, wurde Gold auf Sicherheit in die Tresore britischer und amerikanischer Banken exportiert. Gold für 43,5 Millionen Rubel wurde von Ataman Semyonov in Chita erbeutet - also erreichte eine Staffel ihr Ziel nicht. Kurz gesagt, Gold im Wert von etwa 190 Millionen Dollar ging ins Ausland.

    Von wem wurden sie ausgegeben und wie? Es ist eine komplette Detektivgeschichte. Wie wurde es verkauft? Versuchen Sie schließlich, Gold zu verkaufen. Schließlich handelt es sich um eine staatliche Goldreserve, und keine Privatbank wird es wagen, es ohne die Zustimmung ihrer Regierung zu kaufen. Schließlich wird die Regierung von Kolchak von niemandem anerkannt. Und warum verwaltet er diese Goldreserve? Dann wird in Russland eine Art Macht aufgebaut und Forderungen gestellt. Es ist auch eine sehr komplizierte Geschichte. Die erste Charge wurde mit einem großen Rabatt verkauft. Alles in allem eine spannende Handlung. Einer der interessantesten Teile ist der Teil des Goldes, der während des Bürgerkriegs nicht für Waffen, Uniformen und eine Vielzahl von Dingen bis hin zu Schulbüchern ausgegeben wurde und in den Händen von ausgewanderten Diplomaten verblieb. Ein Teil wurde für die Unterstützung der russischen Auswanderung ausgegeben, Sie versuchten, einige für die zukünftige Regierung des postbolschewistischen Russland aufzusparen. Ich habe bis Ende der 1950er Jahre verfolgt, wie dieses Gold ausgegeben wurde. Hier ist tatsächlich ein Buch darüber - wie und was mit diesem Gold passiert ist. Es wurde tatsächlich etwas gestohlen, aber das ist ein sehr kleiner Teil.

    N. VASILENKO : Oleg Vitalievich, es bleibt buchstäblich eine Minute übrig. Ich bitte noch einmal nicht darum, alle Geheimnisse zu enthüllen, lassen Sie den Leser kommen und es aus dem Buch herausfinden, aber ist das Gold in irgendeiner Form nach Russland zurückgekehrt?

    O. BUDNIZKI : Nein.

    N. WASSILENKO : Alles. Wir haben über verschiedene historische Phänomene gesprochen, und ich denke, wir müssen diese Sendung noch überarbeiten und überdenken. Und ich verabschiede mich von dir, Oleg Vitalievich, bis wir uns wiedersehen!

    O. BUDNITSKY : Ja, danke, alles Gute.

    N. VASILENKO : Ich erinnere Sie daran, dass die Bücher, über die wir gesprochen haben, People at War, The Other Russia und Kolchak's Gold sind. All dies wurde vom Verlag "New Literary Review" veröffentlicht.

    Nun, wir setzen unsere Sendung fort, und sehr bald wird sich Nikolai Aleksandrov mit uns verbinden, und Sie werden eine weitere Live-Rezension der Bücher finden. Und wieder hatten wir eine kleine Hausaufgabe, nennen wir es mal so. Dann säte Ludmila Evgenievna Ulitskaya die Idee, dass der große Roman sich selbst überlebt habe, und so bat ich Nikolai, seine Meinung zu diesem Thema darzulegen, was er versprach. Und jetzt scheint Nikolai Alexandrov schon bei uns zu sein. Nikolaus, kannst du mich hören?

    N. ALEXANDROV : Nikita, hallo! Ich höre großartig.

    N. WASILENKO : Hurra! Und ich höre und sehe dich, und auch die Zuschauer im Chat lassen grüßen. Nun, ich habe Sie bereits an unser Gespräch über die große Romanze erinnert. Und das Wichtigste ist auch die Rezension von Büchern, die wir von Ihnen erwarten.

    N. ALEXANDROW: Nun ja, wahrscheinlich, wenn wir an den klassischen großen Roman denken, den Kanon des Romans, der im 19. Jahrhundert geformt wurde und sich übrigens in der Sowjetzeit großartig anfühlte; In den letzten 30 Jahren haben wir Beispiele für diese Art von Romanen gesehen, und zwar sehr unterschiedliche. Eines der jüngsten Beispiele ist Victor Remizovs Roman „Permafrost“, der dem Bau der „Todesstraße“ Salechard-Igarka gewidmet ist und sich mit tragischen Ereignissen befasst. Ich möchte Sie daran erinnern, dass diese Straße nie gebaut wurde. Es war das letzte von Stalins utopischen Projekten: eine Eisenbahn, die zwei nördliche Polarstädte verband, die Tausende von Menschenleben forderte und deren Überreste sowohl von Krasnojarsk als auch von Salechard aus zu sehen sind. Diese Geschichte selbst scheint also seltsamerweise (oder vielleicht nicht seltsam) etwas veraltet zu sein, einfach weil dass der Roman Integrität erfordert. Ein Roman zeigt immer eine Welt, in der es Gesetze gibt.

    Viele Beispiele ließen sich anführen. Nehmen wir den Roman "Petersburg" von Andrei Bely , der Anfang des 20. Jahrhunderts erschien. und der nicht in Kriegszeiten geschrieben zu sein schien, aber dennoch von einer Vorahnung einer bevorstehenden Katastrophe erfüllt war, und deshalb hat Bely ihn ganz anders geschrieben als den kanonischen russischen Roman. Übrigens hatte er Experimente im kanonischen Roman - Silver Dove zum Beispiel. Viele weitere Beispiele dieser Art ließen sich anführen.

    Ein besonderes Universum, zerstört, in Trümmer verwandelt, erschafft Sorokin in dem Roman „Doktor Garin“, der sich auf den „Schneesturm“ bezieht. Auch wenn es formal eine typische Liebesgeschichte ist, so ist es doch eine Welt, in der wir Stücke finden. Eine Welt, die, wenn Sie sich erinnern, mit dem Bild einer psychiatrischen Klinik beginnt - die übrigens "Altai Cedars" heißt - wo wir die ehemaligen Herrscher der Welt finden. Sie sind alle erkennbar. Nun, zum Beispiel Angela oder zum Beispiel Vladimir, dessen einzige Erwiderung lautet: "Ich bin es nicht." Im Laufe des Romans wiederholt er. Die ehemaligen Herrscher der Welt werden daher auf so seltsame Weise dargestellt.

    Einer der Romane, der in die Fußstapfen von Sorokin zu treten scheint und versucht, diese Stücke aus sehr unterschiedlichen Welten zu verbinden, ist übrigens ein relativ neuer Roman von Alexander Sobolev, er wurde vom Ivan Limbakh Publishing House veröffentlicht, heißt es „Greife bewachen die Leier“. Das ist Moskau, das der revolutionären Katastrophe der 1950er Jahre entgangen ist. Dieser Roman blieb nicht unbemerkt - natürlich haben Kritiker darauf geachtet. Ich empfehle es jedem zu lesen, obwohl ich bereits darüber gesprochen habe, besonders denen, die diesen Roman noch nicht kennen. Überraschenderweise endet auch diese seltsame Alternativwelt mit einer Vorahnung eines Krieges.

    Übrigens wird im selben "Ivan Limbach Publishing House" bald ein neuer Roman von Alexander Sobolev erscheinen, und ich denke, dass wir Zeit haben werden (zumindest hoffe ich), darüber getrennt zu sprechen. Es heißt „Schatten über der rechten Schulter“. Die Handlung spielt im Jahr 1916. Ich achte auf dieses Datum, es ist auch im Allgemeinen bedeutsam. Und vorerst werde ich nicht über Details zu diesem Roman sprechen, ich werde die Handlung und die eigentliche Situation dieses Romans nicht enthüllen, aber ich denke, wir werden noch Zeit haben, darüber zu sprechen.

    In der Tat, dieser seltsame Zustand einer zerstörten Welt, Fragmente, Fragmentierung kommt zu einer so seltsamen Mischung, seltsamen Zufällen. Es ist kein Zufall, dass ich darüber spreche, denn im selben „Ivan Limbach Publishing House“ ... Ich bitte um Verzeihung, heute habe ich einen Tag im St. Petersburger „Ivan Limbach Publishing House“. Ich entschuldige mich bei allen anderen Verlagen, normalerweise neige ich dazu, verschiedene Verlage in meiner Rezension zu kombinieren, aber heute ist es passiert.

    N. VASILENKO : Sie verdienen es, wir geben es ehrlich zu.

    N. ALEXANDROW: Ja Ja. Eine Sammlung des wunderbaren St. Petersburger Dichters Viktor Krivulin ist gerade erschienen, die "Angel of War" heißt. Das sind Gedichte aus den 1960er und 1970er Jahren, eine Sammlung, die sich heute ganz anders liest, und die von diesem Gefühl von Krieg und Katastrophe durchdrungen ist. Viktor Krivulin wurde 1944 in einem Militärkrankenhaus geboren. Und diese, wenn Sie so wollen, genetische Erfahrung, die Erinnerung an den Krieg, erfüllt all seine Gedichte, die sich auf die verschiedensten Dinge beziehen. Es ist klar, dass für ihn zum Beispiel 1968 extrem wichtig war – die Asche, die sich über Europa ausbreitete, und die Tschechische Republik selbst, die in seiner lyrischen Erwartung kurz davor zu stehen schien, sich in Asche zu verwandeln. Heute liest sich alles anders. Und ich fing an, darüber zu reden, weil mir vorgestern ein zweibändiges Buch von Viktor Krivulin präsentiert wurde, das in Israel erschienen ist. Dies ist eine Sammlung, die die Witwe vorbereitet hat, erste Frau von Viktor Krivulin Anna Katsman. Dies sind zwei Notizbücher von Viktor Krivulin, handgeschrieben, die verloren gingen und ein halbes Jahrhundert später wiedergefunden wurden. Übrigens hoffe ich, dass meine Nachricht auf keinen Fall Anlass für einen Urheberrechtsstreit, also einen weiteren Konflikt wird, nur fehlte es uns. Ich hoffe, das lässt sich vermeiden. Denn natürlich gibt es in diesen Sammlungen einige Schnittmengen.

    Das Gedicht, das das Buch "Verlag von Ivan Limbach" "Angel of War" eröffnet. Übrigens heißt das Gedicht in diesem Buch „Angel of War“.

    Die Schwachen werden überleben. Und der Engel Goldenes Haar
    In den Luftschutzbunker wird hinabsteigen, süßes Licht verströmend,
    Zu der Stunde, da sich die Kiefer der Tage am Handgelenk schließen, Die
    Uhr ist stehengeblieben.

    Überlebe schlafend unter einer kaum gelben Glühbirne,
    Taken by wire - eine schwarze Schnauze der Angst.
    Ein Engel wird ihm erscheinen, und von den Flügeln einer durchsichtigen Welle
    wird er zittern wie Gras.

    Der Sterbliche wird überleben, erwacht durch die Kälte der Seele.
    Er wird sich nackt auf ausgebreiteten Betonplatten sehen.
    Ein Engel wird sich über ihn beugen und in Umlaufbahnen aufsteigen
    Zwei einsame Planeten, bewässert mit Tränen;
    In jedem - der Auferstandene, wie er sich im dunklen Wasser spiegelt.

    Ich hatte keine Zeit, über ein weiteres Buch zu sprechen, vielleicht werde ich buchstäblich zwei Worte sagen, weil ich wahrscheinlich später auch über dieses Buch sprechen werde. Es wird vom Verlag Ivan Limbakh vorbereitet. Von Jonathan Schneer, Die Lockhart-Verschwörung: Liebe, Verrat, Mord und die Konterrevolution in Lenins Russland. Dieses Buch erscheint bald. Sie spricht über Versuche, die bolschewistische Regierung im Jahr 1918 zu stürzen. Ich denke, dass viele Menschen an ihr interessiert sind. Und das letzte Gespräch darüber erwartet uns hoffentlich auch in naher Zukunft.

    N. VASILENKO : Wir haben heute über die Vergangenheit gesprochen, die Vergangenheit, aber ich hatte das Gefühl, dass wir nur aus dem Fenster geschaut haben. Nikolai Alexandrov, "Bücher". Vielen Dank.

    N. ALEXANDROV : Nikita, danke.

    N. VASILENKO : Und ich verabschiede mich von allen unseren Zuschauern und erinnere Sie daran, dass wir heute immer noch nicht aufhören zu senden, und um 4 Uhr das Dithyramb-Programm auf dem Living Nail-Kanal . Olga Zhuravleva wird mit Joseph Reichelgauz sprechen. Also komm um 4 Uhr zu uns zurück, wir verabschieden uns nicht. Und vergessen Sie außerdem nicht : shop.diletant.media , die neuesten Ausgaben des Magazins Diletant und interessante neue Bücher.


                                                                                                                                                                                                                                                                                                            
                                                                                               







  •     Dr. Elke Scherstjanoi "Ein Rotarmist in Deutschland"
  •     Stern "Von Siegern und Besiegten"
  •     Märkische Allgemeine  "Hinter den Kulissen"
  •     Das Erste "Kulturreport"
  •     Berliner Zeitung  "Besatzer, Schöngeist, Nervensäge, Liebhaber"
  •     SR 2 KulturRadio  "Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Die Zeit  "Wodka, Schlendrian, Gewalt"
  •     Jüdische Allgemeine  "Aufzeichnungen im Feindesland"
  •     Mitteldeutsche Zeitung  "Ein rotes Herz in Uniform"
  •     Unveröffentlichte Kritik  "Aufzeichnungen eines Rotarmisten vom Umgang mit den Deutschen"
  •     Bild  "Auf Berlin, das Besiegte, spucke ich!"
  •     Das Buch von Gregor Thum "Traumland Osten. Deutsche Bilder vom östlichen Europa im 20. Jahrhundert"
  •     Flensborg Avis  "Set med en russisk officers øjne"
  •     Ostsee Zeitung  "Das Tagebuch des Rotarmisten"
  •     Leipziger Volkszeitung  "Das Glück lächelt uns also zu!"
  •     Passauer Neue Presse "Erinnerungspolitischer Gezeitenwechsel"
  •     Lübecker Nachrichten  "Das Kriegsende aus Sicht eines Rotarmisten"
  •     Lausitzer Rundschau  "Ich werde es erzählen"
  •     Leipzigs-Neue  "Rotarmisten und Deutsche"
  •     SWR2 Radio ART: Hörspiel
  •     Kulturation  "Tagebuchaufzeichnungen eines jungen Sowjetleutnants"
  •     Der Tagesspiegel  "Hier gibt es Mädchen"
  •     NDR  "Bücher Journal"
  •     Kulturportal  "Chronik"
  •     Sächsische Zeitung  "Bitterer Beigeschmack"
  •     Wiesbadener Tagblatt "Reflexionen, Textcollagen und inhaltlicher Zündstoff"
  •     Deutschlandradio Kultur  "Krieg und Kriegsende aus russischer Sicht"
  •     Berliner Zeitung  "Die Deutschen tragen alle weisse Armbinden"
  •     MDR  "Deutschland-Tagebuch eines Rotarmisten"
  •     Jüdisches Berlin  "Das Unvergessliche ist geschehen" / "Личные воспоминания"
  •     Süddeutsche Zeitung  "So dachten die Sieger"
  •     Financial Times Deutschland  "Aufzeichnungen aus den Kellerlöchern"
  •     Badisches Tagblatt  "Ehrliches Interesse oder narzisstische Selbstschau?"
  •     Freie Presse  "Ein Rotarmist in Berlin"
  •     Nordkurier/Usedom Kurier  "Aufzeichnungen eines Rotarmisten ungefiltert"
  •     Nordkurier  "Tagebuch, Briefe und Erinnerungen"
  •     Ostthüringer Zeitung  "An den Rand geschrieben"
  •     Potsdamer Neueste Nachrichten  "Hier gibt es Mädchen"
  •     NDR Info. Forum Zeitgeschichte "Features und Hintergründe"
  •     Deutschlandradio Kultur. Politische Literatur. "Lasse mir eine Dauerwelle machen"
  •     Konkret "Watching the krauts. Emigranten und internationale Beobachter schildern ihre Eindrücke aus Nachkriegsdeutschland"
  •     Cicero "Voodoo Child. Die verhexten Kinder"
  •     Dagens Nyheter  "Det oaendliga kriget"
  •     Utopie-kreativ  "Des jungen Leutnants Deutschland - Tagebuch"
  •     Neues Deutschland  "Berlin, Stunde Null"
  •     Webwecker-bielefeld  "Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Südkurier  "Späte Entschädigung"
  •     Online Rezension  "Das kriegsende aus der Sicht eines Soldaten der Roten Armee"
  •     Saarbrücker Zeitung  "Erstmals: Das Tagebuch eines Rotarmisten"
  •     Neue Osnabrücker Zeitung  "Weder Brutalbesatzer noch ein Held"
  •     Thüringische Landeszeitung  "Vom Alltag im Land der Besiegten"
  •     Das Argument  "Wladimir Gelfand: Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Deutschland Archiv: Zeitschrift für das vereinigte Deutschland "Betrachtungen eines Aussenseiters"
  •     Neue Gesellschaft/Frankfurter Hefte  "Von Siegern und Besiegten"
  •     Deutsch-Russisches Museum Berlin-Karlshorst "Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     Online Rezensionen. Die Literaturdatenbank
  •     Literaturkritik  "Ein siegreicher Rotarmist"
  •     RBB Kulturradio  "Ein Rotarmist in Berlin"
  •     їнська правда  "Нульовий варiант" для ветеранiв вiйни / Комсомольская правда "Нулевой вариант" для ветеранов войны"
  •     Dagens Nyheter. "Sovjetsoldatens dagbok. Hoppfull läsning trots krigets grymheter"
  •     Ersatz  "Tysk dagbok 1945-46 av Vladimir Gelfand"
  •     Borås Tidning  "Vittnesmåil från krigets inferno"
  •     Sundsvall (ST)  "Solkig skildring av sovjetisk soldat frеn det besegrade Berlin"
  •     Helsingborgs Dagblad  "Krigsdagbok av privat natur"
  •     2006 Bradfor  "Conference on Contemporary German Literature"
  •     Spring-2005/2006/2016 Foreign Rights, German Diary 1945-1946
  •     Flamman / Ryska Posten "Dagbok kastar tvivel över våldtäktsmyten"
  •     INTERPRES "DAGBOG REJSER TVIVL OM DEN TYSK-REVANCHISTISKE “VOLDTÆGTSMYTE”
  •     Expressen  "Kamratliga kramar"
  •     Expressen Kultur  "Under våldets täckmantel"
  •     Lo Tidningen  "Krigets vardag i röda armén"
  •     Tuffnet Radio  "Är krigets våldtäkter en myt?"
  •     Norrköpings Tidningar  "En blick från andra sidan"
  •     Expressen Kultur  "Den enda vägens historia"
  •     Expressen Kultur  "Det totalitära arvet"
  •     Allehanda  "Rysk soldatdagbok om den grymma slutstriden"
  •     Ryska Posten  "Till försvar för fakta och anständighet"
  •     Hugin & Munin  "En rödarmist i Tyskland"
  •     Theater "Das deutsch-russische Soldatenwörtebuch" / Театр  "Русско-немецкий солдатский разговорник"
  •     SWR2 Radio "Journal am Mittag"
  •     Berliner Zeitung  "Dem Krieg den Krieg erklären"
  •     Die Tageszeitung  "Mach's noch einmal, Iwan!"
  •     The book of Paul Steege: "Black Market, Cold War: Everyday Life in Berlin, 1946-1949"
  •     Телеканал РТР "Культура"  "Русско-немецкий солдатский разговорник"
  •     Аргументы и факты  "Есть ли правда у войны?"
  •     RT "Russian-German soldier's phrase-book on stage in Moscow"
  •     Утро.ru  "Контурная карта великой войны"
  •     Коммерсантъ "Языковой окоп"
  •     Телеканал РТР "Культура":  "Широкий формат с Ириной Лесовой"
  •     Museum Berlin-Karlshorst  "Das Haus in Karlshorst. Geschichte am Ort der Kapitulation"
  •     Das Buch von Roland Thimme: "Rote Fahnen über Potsdam 1933 - 1989: Lebenswege und Tagebücher"
  •     Das Buch von Bernd Vogenbeck, Juliane Tomann, Magda Abraham-Diefenbach: "Terra Transoderana: Zwischen Neumark und Ziemia Lubuska"
  •     Das Buch von Sven Reichardt & Malte Zierenberg: "Damals nach dem Krieg Eine Geschichte Deutschlands - 1945 bis 1949"
  •     Lothar Gall & Barbara Blessing: "Historische Zeitschrift Register zu Band 276 (2003) bis 285 (2007)"
  •     Wyborcza.pl "Kłopotliwy pomnik w mieście z trudną historią"
  •     Kollektives Gedächtnis "Erinnerungen an meine Cousine Dora aus Königsberg"
  •     Das Buch von Ingeborg Jacobs: "Freiwild: Das Schicksal deutscher Frauen 1945"
  •     Wyborcza.pl "Strącona gwiazda wdzięczności"
  •     Закон i Бiзнес "Двічі по двісті - суд честі"
  •     Радио Свобода "Красная армия. Встреча с Европой"
  •     DEP "Stupri sovietici in Germania (1944-45)"
  •     Дніпропетровський національний історичний музей ім. Яворницького "Музей і відвідувач: методичні розробки, сценарії, концепції. Листи з 43-го"
  •     Explorations in Russian and Eurasian History "The Intelligentsia Meets the Enemy: Educated Soviet Officers in Defeated Germany, 1945"
  •     DAMALS "Deutschland-Tagebuch 1945-1946. Gedankenwelt des Siegers"
  •     Das Buch von Pauline de Bok: "Blankow oder Das Verlangen nach Heimat"
  •     Das Buch von Ingo von Münch: "Frau, komm!": die Massenvergewaltigungen deutscher Frauen und Mädchen 1944/45"
  •     Das Buch von Roland Thimme: "Schwarzmondnacht: Authentische Tagebücher berichten (1933-1953). Nazidiktatur - Sowjetische Besatzerwillkür"
  •     История государства "Миф о миллионах изнасилованных немок"
  •     Das Buch Alexander Häusser, Gordian Maugg: "Hungerwinter: Deutschlands humanitäre Katastrophe 1946/47"
  •     Heinz Schilling: "Jahresberichte für deutsche Geschichte: Neue Folge. 60. Jahrgang 2008"
  •     Jan M. Piskorski "WYGNAŃCY: Migracje przymusowe i uchodźcy w dwudziestowiecznej Europie"
  •     Wayne State "The Cultural Memory Of German Victimhood In Post-1990 Popular German Literature And Television"
  •     Deutschlandradio "Heimat ist dort, wo kein Hass ist"
  •     Journal of Cold War Studies "Wladimir Gelfand, Deutschland-Tagebuch 1945–1946: Aufzeichnungen eines Rotarmisten"
  •     ЛЕХАИМ "Евреи на войне. Солдатские дневники"
  •     Частный Корреспондент "Победа благодаря и вопреки"
  •     Перспективы "Сексуальное насилие в годы Второй мировой войны: память, дискурс, орудие политики"
  •     Радиостанция Эхо Москвы & RTVi "Не так" с Олегом Будницким: Великая Отечественная - солдатские дневники"
  •     Books Llc "Person im Zweiten Weltkrieg /Sowjetunion/ Georgi Konstantinowitsch Schukow, Wladimir Gelfand, Pawel Alexejewitsch Rotmistrow"
  •     Das Buch von Jan Musekamp: "Zwischen Stettin und Szczecin - Metamorphosen einer Stadt von 1945 bis 2005"
  •     Encyclopedia of safety "Ladies liberated Europe in the eyes of Russian soldiers and officers (1944-1945 gg.)"
  •     Азовские греки "Павел Тасиц"
  •     Newsland "СМЯТЕНИЕ ГРОЗНОЙ ОСЕНИ 1941 ГОДА"
  •     Wallstein "Demokratie im Schatten der Gewalt: Geschichten des Privaten im deutschen Nachkrieg"
  •     Вестник РГГУ "Болезненная тема второй мировой войны: сексуальное насилие по обе стороны фронта"
  •     Das Buch von Jürgen W. Schmidt: "Als die Heimat zur Fremde wurde"
  •     ЛЕХАИМ "Евреи на войне: от советского к еврейскому?"
  •     Gedenkstätte/ Museum Seelower Höhen "Die Schlacht"
  •     The book of Frederick Taylor "Exorcising Hitler: The Occupation and Denazification of Germany"
  •     Огонёк "10 дневников одной войны"
  •     The book of Michael Jones "Total War: From Stalingrad to Berlin"
  •     Das Buch von Frederick Taylor "Zwischen Krieg und Frieden: Die Besetzung und Entnazifizierung Deutschlands 1944-1946"
  •     WordPress.com "Wie sind wir Westler alt und überklug - und sind jetzt doch Schmutz unter ihren Stiefeln"
  •     Олег Будницкий: "Архив еврейской истории" Том 6. "Дневники"
  •     Åke Sandin "Är krigets våldtäkter en myt?"
  •     Michael Jones: "El trasfondo humano de la guerra: con el ejército soviético de Stalingrado a Berlín"
  •     Das Buch von Jörg Baberowski: "Verbrannte Erde: Stalins Herrschaft der Gewalt"
  •     Zeitschrift fur Geschichtswissenschaft "Gewalt im Militar. Die Rote Armee im Zweiten Weltkrieg"
  •     Ersatz-[E-bok] "Tysk dagbok 1945-46"
  •     The book of Michael David-Fox, Peter Holquist, Alexander M. Martin: "Fascination and Enmity: Russia and Germany as Entangled Histories, 1914-1945"
  •     Елена Сенявская "Женщины освобождённой Европы глазами советских солдат и офицеров (1944-1945 гг.)"
  •     The book of Raphaelle Branche, Fabrice Virgili: "Rape in Wartime (Genders and Sexualities in History)"
  •     (סקירה   צבאית נשים של אירופה המשוחררת דרך עיניהם של חיילים וקצינים סובייטים (1944-1945
  •     БезФорматаРу "Хоть бы скорей газетку прочесть"
  •     ВЕСТНИК "Проблемы реадаптации студентов-фронтовиков к учебному процессу после Великой Отечественной войны"
  •     Zeitschrift für Geschichtswissenschaft 60 (2012), 12
  •     Все лечится "10 миллионов изнасилованных немок"
  •     Симха "Еврейский Марк Твен. Так называли Шолома Рабиновича, известного как Шолом-Алейхем"
  •     Nicolas Bernard "La Guerre germano-soviétique: 1941-1945" (Histoires d'aujourd'hui) E-Book
  •     Annales: Nathalie Moine "La perte, le don, le butin. Civilisation stalinienne, aide étrangère et biens trophées dans l’Union soviétique des années 1940"
  •     Das Buch von Beata Halicka "Polens Wilder Westen. Erzwungene Migration und die kulturelle Aneignung des Oderraums 1945 - 1948"
  •     Das Buch von Jan M. Piskorski "Die Verjagten: Flucht und Vertreibung im Europa des 20. Jahrhundert"
  •     "آسو  "دشمن هرگز در نمی‌زن
  •     Уроки истории. ХХ век. Гефтер. "Антисемитизм в СССР во время Второй мировой войны в контексте холокоста"
  •     Ella Janatovsky "The Crystallization of National Identity in Times of War: The Experience of a Soviet Jewish Soldier"
  •     Word War II Multimedia Database "Borgward Panzerjager At The Reichstag"
  •     Militaergeschichtliche Zeitschrift "Buchbesprechungen"
  •     Всеукраинский еженедельник Украина-Центр "Рукописи не горят"
  •     Bücher / CD-s / E-Book von Niclas Sennerteg "Nionde arméns undergång: Kampen om Berlin 1945"
  •     Das Buch von Michaela Kipp: "Großreinemachen im Osten: Feindbilder in deutschen Feldpostbriefen im Zweiten Weltkrieg"
  •     Петербургская газета "Женщины на службе в Третьем Рейхе"
  •     Володимир Поліщук "Зроблено в Єлисаветграді"
  •     Deutsch-Russisches Museum Berlin-Karlshorst. Katalog zur Dauerausstellung / Каталог постоянной экспозиции
  •     Clarissa Schnabel "The life and times of Marta Dietschy-Hillers"
  •     Alliance for Human Research Protection "Breaking the Silence about sexual violence against women during the Holocaust"
  •     Еврейский музей и центр толерантности. Группа по работе с архивными документами"
  •     Эхо Москвы "ЦЕНА ПОБЕДЫ: Военный дневник лейтенанта Владимира Гельфанда"
  •     Bok / eBok: Anders Bergman & Emelie Perland "365 dagar: Utdrag ur kända och okända dagböcker"
  •     РИА Новости "Освободители Германии"
  •     Das Buch von Miriam Gebhardt "Als die Soldaten kamen: Die Vergewaltigung deutscher Frauen am Ende des Zweiten Weltkriegs"
  •     Petra Tabarelli "Vladimir Gelfand"
  •     Das Buch von Martin Stein "Die sowjetische Kriegspropaganda 1941 - 1945 in Ego-Dokumenten"
  •     Książka Beata Halicka "Polski Dziki Zachód. Przymusowe migracje i kulturowe oswajanie Nadodrza 1945-1948"
  •     The German Quarterly "Philomela’s Legacy: Rape, the Second World War, and the Ethics of Reading"
  •     MAZ LOKAL "Archäologische Spuren der Roten Armee in Brandenburg"
  •     Tenona "Как фашисты издевались над детьми в концлагере Саласпилс. Чудовищные исторические факты о концлагерях"
  •     Deutsches Historisches Museum "1945 – Niederlage. Befreiung. Neuanfang. Zwölf Länder Europas nach dem Zweiten Weltkrieg"
  •     День за днем "Дневник лейтенанта Гельфанда"
  •     BBC News "The rape of Berlin" / BBC Mundo / BBC O`zbek  / BBC Brasil / BBC فارْسِى "تجاوز در برلین"
  •     Echo24.cz "Z deníku rudoarmějce: Probodneme je skrz genitálie"
  •     The Telegraph "The truth behind The Rape of Berlin"
  •     BBC World Service "The Rape of Berlin"
  •     ParlamentniListy.cz "Mrzačení, znásilňování, to všechno jsme dělali. Český server připomíná drsné paměti sovětského vojáka"
  •     WordPress.com "Termina a Batalha de Berlim"
  •     Dnevnik.hr "Podignula je suknju i kazala mi: 'Spavaj sa mnom. Čini što želiš! Ali samo ti"                  
  •     ilPOST "Gli stupri in Germania, 70 anni fa"
  •     上 海东方报业有限公司 70年前苏军强奸了十万柏林妇女?很多人仍在寻找真相
  •     연 합뉴스 "BBC: 러시아군, 2차대전때 독일에서 대규모 강간"
  •     세계 일보 "러시아군, 2차대전때 독일에서 대규모 강간"
  •     Telegraf "SPOMENIK RUSKOM SILOVATELJU: Nemci bi da preimenuju istorijsko zdanje u Berlinu?"
  •     Múlt-kor "A berlini asszonyok küzdelme a szovjet erőszaktevők ellen"
  •     Noticiasbit.com "El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     Museumsportal Berlin "Landsberger Allee 563, 21. April 1945"
  •     Caldeirão Político "70 anos após fim da guerra, estupro coletivo de alemãs ainda é episódio pouco conhecido"
  •     Nuestras Charlas Nocturnas "70 aniversario del fin de la II Guerra Mundial: del horror nazi al terror rojo en Alemania"
  •     W Radio "El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     La Tercera "BBC: El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     Noticias de Paraguay "El drama de las alemanas violadas por tropas soviéticas hacia el final de la Segunda Guerra Mundial"
  •     Cnn Hit New "The drama hidden mass rape during the fall of Berlin"
  •     Dân Luận "Trần Lê - Hồng quân, nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin 1945"
  •     Český rozhlas "Temná stránka sovětského vítězství: znásilňování Němek"
  •     Historia "Cerita Kelam Perempuan Jerman Setelah Nazi Kalah Perang"
  •     G'Le Monde "Nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin năm 1945 mang tên Hồng Quân"
  •     BBC News 코리아 "베를린에서 벌어진 대규모 강간"
  •     Эхо Москвы "Дилетанты. Красная армия в Европе"
  •     Der Freitag "Eine Schnappschussidee"
  •     باز آفريني واقعيت ها  "تجاوز در برلین"
  •     Quadriculado "O Fim da Guerra e o início do Pesadelo. Duas narrativas sobre o inferno"
  •     Majano Gossip "PER NON DIMENTICARE... LE PORCHERIE COMUNISTE!!!"
  •     非 中国日报网 "柏林的强奸"
  •     Constantin Film "Anonyma - Eine Frau in Berlin. Materialien zum Film"
  •     Русская Германия "Я прижал бедную маму к своему сердцу и долго утешал"
  •     De Gruyter Oldenbourg "Erinnerung an Diktatur und Krieg. Brennpunkte des kulturellen Gedächtnisses zwischen Russland und Deutschland seit 1945"
  •     Memuarist.com "Гельфанд Владимир Натанович"
  •     Πανεπιστημίου Ιωαννίνων "Οι νόμοι του Πλάτωνα για την υβριστική κακολογία και την κατάχρηση του δημοσίου"
  •     Das Buch von Nicholas Stargardt "Der deutsche Krieg: 1939 - 1945"Николас Старгардт "Мобилизованная нация. Германия 1939–1945"
  •     FAKEOFF "Оглянуться в прошлое"
  •     The book of Nicholas Stargardt "The German War: A Nation Under Arms, 1939–45"
  •     The book of Nicholas Stargardt "The German War: A Nation Under Arms, 1939–45"
  •     Das Buch "Владимир Гельфанд. Дневник 1941 - 1946"
  •     BBC Русская служба "Изнасилование Берлина: неизвестная история войны" / BBC Україна "Зґвалтування Берліна: невідома історія війни"
  •     Virtual Azərbaycan "Berlinin zorlanması"
  •     Гефтер. "Олег Будницкий: «Дневник, приятель дорогой!» Военный дневник Владимира Гельфанда"
  •     Гефтер "Владимир Гельфанд. Дневник 1942 года"
  •     BBC Tiếng Việt "Lính Liên Xô 'hãm hiếp phụ nữ Đức'"
  •     Nicolas Bernard "La Guerre germano-soviétique, 1941-1943" Tome 1
  •     Nicolas Bernard "La Guerre germano-soviétique, 1943-1945" Tome 2
  •     Эхо Москвы "ЦЕНА ПОБЕДЫ: Дневники лейтенанта Гельфанда"
  •     Renato Furtado "Soviéticos estupraram 2 milhões de mulheres alemãs, durante a Guerra Mundial"
  •     Вера Дубина "«Обыкновенная история» Второй мировой войны: дискурсы сексуального насилия над женщинами оккупированных территорий"
  •     Еврейский музей и центр толерантности "Презентация книги Владимира Гельфанда «Дневник 1941-1946»"
  •     Еврейский музей и центр толерантности "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. "Атака"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. "Бой"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. "Победа"
  •     Сидякин & Би-Би-Си. Драма в трех действиях. Эпилог
  •     Труд "Покорность и отвага: кто кого?"
  •     Издательский Дом «Новый Взгляд» "Выставка подвига"
  •     Katalog NT "Выставка "Евреи в Великой Отечественной войне " - собрание уникальных документов"
  •     Вести "Выставка "Евреи в Великой Отечественной войне" - собрание уникальных документов"
  •     Радио Свобода "Бесценный графоман"
  •     Вечерняя Москва "Еще раз о войне"
  •     РИА Новости "Выставка про евреев во время ВОВ открывается в Еврейском музее"
  •     Телеканал «Культура» Выставка "Евреи в Великой Отечественной войне" проходит в Москве
  •     Россия HD "Вести в 20.00"
  •     GORSKIE "В Москве открылась выставка "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Aгентство еврейских новостей "Евреи – герои войны"
  •     STMEGI TV "Открытие выставки "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Национальный исследовательский университет Высшая школа экономики "Открытие выставки "Евреи в Великой Отечественной войне"
  •     Независимая газета "Война Абрама"
  •     Revista de Historia "El lado oscuro de la victoria aliada en la Segunda Guerra Mundial"
  •     עיתון סינאתלה  גביש הסמל ולדימיר גלפנד מספר על חיי היומיום במלחמה , על אורח חיים בחזית ובעורף
  •     Лехаим "Война Абрама"
  •     Elhallgatva "A front emlékezete. A Vörös Hadsereg kötelékében tömegesen és fiatalkorúakon elkövetett nemi erőszak kérdése a Dél-Vértesben"
  •     Libertad USA "El drama de las alemanas: violadas por tropas soviéticas en 1945 y violadas por inmigrantes musulmanes en 2016"
  •     НГ Ex Libris "Пять книг недели"
  •     Брестский Курьер "Фамильное древо Бреста. На перекрестках тех дорог"
  •     Полит.Ру "ProScience: Олег Будницкий о народной истории войны"
  •     Олена Проскура "Запiзнiла сповiдь"
  •     Полит.Ру "ProScience: Возможна ли научная история Великой Отечественной войны?"
  •     Das Buch "Владимир Гельфанд. Дневник 1941 - 1946"
  •     Ahlul Bait Nabi Saw "Kisah Kelam Perempuan Jerman Setelah Nazi Kalah Perang"
  •     北 京北晚新视觉传媒有限公司 "70年前苏军强奸了十万柏林妇女?"
  •     Преподавание истории в школе "«О том, что происходило…» Дневник Владимира Гельфанда"
  •     Вестник НГПУ "О «НЕУБЕДИТЕЛЬНЕЙШЕЙ» ИЗ ПОМЕТ: (Высокая лексика в толковых словарях русского языка XX-XXI вв.)"
  •     Fotografias da História "Memórias esquecidas: o estupro coletivo das mulheres alemãs"
  •     Archäologisches Landesmuseum Brandenburg "Zwischen Krieg und Frieden" / "Между войной и миром"
  •     Российская газета "Там, где кончается война"
  •     Народный Корреспондент "Женщины освобождённой Европы глазами советских солдат: правда про "2 миллиона изнасилованых немок"
  •     Fiona "Военные изнасилования — преступления против жизни и личности"
  •     军 情观察室 "苏军攻克柏林后暴行妇女遭殃,战争中的强奸现象为什么频发?"
  •     Независимая газета "Дневник минометчика"
  •     Независимая газета "ИСПОДЛОБЬЯ: Кризис концепции"
  •     East European Jewish Affairs "Jewish response to the non-Jewish question: “Where were the Jews during the fighting?” 1941–5"
  •     Niels Bo Poulsen "Skæbnekamp: Den tysk-sovjetiske krig 1941-1945"
  •     Olhar Atual "A Esquerda a história e o estupro"
  •     The book of Stefan-Ludwig Hoffmann, Sandrine Kott, Peter Romijn, Olivier Wieviorka "Seeking Peace in the Wake of War: Europe, 1943-1947"
  •     Walter de Gruyter "Germans into Allies: Writing a Diary in 1945"
  •     Blog in Berlin "22. Juni – da war doch was?"
  •     Steemit "Berlin Rape: The Hidden History of War"
  •     Estudo Prático "Crimes de estupro na Segunda Guerra Mundial e dentro do exército americano"
  •     Громадське радіо "Насильство над жінками під час бойових дій — табу для України"
  •     InfoRadio RBB "Geschichte in den Wäldern Brandenburgs"
  •     "شگفتی های تاریخ است "پشت پرده تجاوز به زنان برلینی در پایان جنگ جهانی دوم
  •     Hans-Jürgen Beier gewidmet "Lehren – Sammeln – Publizieren"
  •     The book of Miriam Gebhardt "Crimes Unspoken: The Rape of German Women at the End of the Second World War"
  •     Русский вестник "Искажение истории: «Изнасилованная Германия»"
  •     凯 迪 "推荐《柏林女人》与《五月四日》影片"
  •     Vix "Estupro de guerra: o que acontece com mulheres em zonas de conflito, como Aleppo?"
  •     Universidad del Bío-Bío "CRÍMENES DE GUERRA RUSOS EN LA SEGUNDA GUERRA MUNDIAL (1940-1945)"
  •     "المنصة  "العنف ضد المرأة.. المسكوت عنه في الحرب العالمية الثانية
  •     Книга. Олег Шеин "От Астраханского кремля до Рейхсканцелярии. Боевой путь 248-й стрелковой дивизии"
  •     Sodaz Ot "Освободительная миссия Красной Армии и кривое зеркало вражеской пропаганды"
  •     Sodaz Ot "Советский воин — освободитель Европы: психология и поведение на завершающем этапе войны"
  •     企 业头条 "柏林战役后的女人"
  •     Sántha István "A front emlékezete"
  •     腾 讯公司& nbsp; "二战时期欧洲, 战胜国对战败国的十万妇女是怎么处理的!"
  •     El Nuevo Accion "QUE LE PREGUNTEN A LAS ALEMANAS VIOLADAS POR RUSOS, NORTEAMERICANOS, INGLESES Y FRANCESES"
  •     Periodismo Libre "QUE LE PREGUNTEN A LAS ALEMANAS VIOLADAS POR RUSOS, NORTEAMERICANOS, INGLESES Y FRANCESES"
  •     DE Y.OBIDIN "Какими видели европейских женщин советские солдаты и офицеры (1944-1945 годы)?"
  •     Magyar Tudományos Akadémia "Váltóállítás: Diktatúrák a vidéki Magyarországon 1945-ben"
  •     歷 史錄 "近1萬女性被強姦致死,女孩撩開裙子說:不下20個男人戳我這兒"
  •     Cyberpedia "Проблема возмездия и «границы ненависти» у советского солдата-освободителя"
  •     NewConcepts Society "Можно ли ставить знак равенства между зверствами гитлеровцев и зверствами советских солдат?"
  •     搜 狐 "二战时期欧洲,战胜国对战败国的妇女是怎么处理的"
  •     Ranker "14 Shocking Atrocities Committed By 20th Century Communist Dictatorships"
  •     Эхо Москвы "Дилетанты. Начало войны. Личные источники"
  •     Журнал "Огонёк" "Эго прошедшей войны"
  •     이 창남 외 공저 "폭력과 소통 :트랜스내셔널한 정의를 위하여"
  •     Уроки истории. XX век "Книжный дайджест «Уроков истории»: советский антисемитизм"
  •     Свободная Пресса "Кто кого насиловал в Германии"
  •     EPrints "Взаємовідносини червоноармійців з цивільним населенням під час перебування радянських військ на території Польщі (кінець 1944 - початок 1945 рр.)"
  •     Pikabu "Обратная сторона медали"
  •     Озёрск.Ru "Война и немцы"
  •     Імекс-ЛТД "Історичний календар Кіровоградщини на 2018 рік. Люди. Події. Факти"
  •     יד ושם - רשות הזיכרון לשואה ולגבורה "Vladimir Gelfand"
  •     Atchuup! "Soviet soldiers openly sexually harass German woman in Leipzig after WWII victory, 1945"
  •     Книга Мириам Гебхардт "Когда пришли солдаты. Изнасилование немецких женщин в конце Второй мировой войны"
  •     Coffe Time "Женщины освобождённой"
  •     Дилетант "Цена победы. Военный дневник лейтенанта Владимира Гельфанда"
  •     Feldgrau.Info - Bоенная история "Подборка"
  •     Вечерний Брест "В поисках утраченного времени. Солдат Победы Аркадий Бляхер. Часть 9. Нелюбовь"
  •     Геннадий Красухин "Круглый год с литературой. Квартал четвёртый"
  •     Аргументы недели "Всю правду знает только народ. Почему фронтовые дневники совсем не похожи на кино о войне"
  •     Fanfics.me "Вспомним подвиги ветеранов!"
  •     VietInfo "Hồng quân, Nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin năm 1945"
  •     Книга: Виталий Дымарский, Владимир Рыжков "Лица войны"
  •     Dozor "Про День Перемоги в Кіровограді, фейкових ветеранів і "липове" примирення"
  •     East European Jewish Affairs "Review of Dnevnik 1941-1946, by Vladimir Gel’fand"
  •     The book of Harriet Murav, Gennady Estraikh "Soviet Jews in World War II: Fighting, Witnessing, Remembering"
  •     TARINGA! "Las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     ВолиньPost "Еротика та війна: спогади про Любомль 1944 року"
  •     Anews "Молодые воспринимают войну в конфетном обличии"
  •     RTVi "«Война эта будет дикая». Что писали 22 июня 1941 года в дневниках"
  •     Tribun Manado "Nasib Kelam Perempuan Jerman Usai Nazi Kalah, Gadis Muda, Wanita Tua dan Hamil Diperkosa Bergantian"
  •     The book of Elisabeth Krimmer "German Women's Life Writing and the Holocaust: Complicity and Gender in the Second World War"
  •     ViewsBros  "WARTIME VIOLENCE AGAINST WOMEN"
  •     Xosé Manuel Núñez Seixas "El frente del Este : historia y memoria de la guerra germano-soviética, 1941-1945"
  •     اخبار المقطم و الخليفه " إغتصاب برلين الكبير"
  •     Русская семерка "В чьем плену хуже всего содержались женщины-военные на Второй мировой"
  •     Mail Online "Mass grave containing 1,800 German soldiers who perished at the Battle of Stalingrad is uncovered in Russia - 75 years after WWII's largest confrontation claimed 2 mln lives"
  •     PT. Kompas Cyber Media "Kuburan Massal 1.800 Tentara Jerman Ditemukan di Kota Volgograd"
  •     Công ty Cổ phần Quảng cáo Trực tuyến 24H "Nga: Sửa ống nước, phát hiện 1.800 hài cốt của trận đánh đẫm máu nhất lịch sử"
  •     LGMI News "Pasang Pipa Air, Tukang Temukan Kuburan Masal 1.837 Tentara Jerman"
  •     Quora "¿Cuál es un hecho sobre la Segunda Guerra Mundial que la mayoría de las personas no saben y probablemente no quieren saber?"
  •     "مجله مهاجرت  "آنچه روس‌ها در برلین انجام دادند!
  •     Музейний простiр  "Музей на Дніпрі отримав новорічні подарунки під ялинку"
  •     Bella Gelfand. Wie in Berlin Frau eines Rotarmisten Wladimir Gelfand getötet wurde  .. ..
  •     The book of Paul Roland "Life After the Third Reich: The Struggle to Rise from the Nazi Ruins"
  •     O Sentinela "Dois Milhões de Alemãs: O Maior Estupro em Massa da História foi um Crime Aliado-Soviético
  •     Stratejik Güvenlik "SAVAŞ DOSYASI : TARİHTEN BİR KARE – 2. DÜNYA SAVAŞI BİTİMİNDE ALMANYA’DA KADINLARA TOPLU TECAVÜZLER"
  •     Агентство новостей «Хакасия-Информ» "Кто остановит шоу Коновалова?"
  •     Isralike.org "Цена победы. Военный дневник лейтенанта Владимира Гельфанда"
  •     Robert Dale “For what and for whom were we fighting?”: Red Army Soldiers, Combat Motivation and Survival Strategies on the Eastern Front in the Second World War
  •     "طرفداری "پایان رویای نازیسم / سقوط امپراطوری آدولف هیتلر
  •     Das Buch von Kerstin Bischl "Frontbeziehungen: Geschlechterverhältnisse und Gewaltdynamiken in der Roten Armee 1941-1945"
  •     Русская семерка "Красноармейцы или солдаты союзников: кто вызывал у немок больший страх"
  •     Kibalchish "Фрагменты дневников поэта-фронтовика В. Н. Гельфанда"
  •     History Magazine "Sõjapäevik leitnant Vladimir Gelfand"
  •     Magazine online "Vojnový denník poručíka Vladimíra Gelfanda"
  •     theБабель "Український лейтенант Володимир Гельфанд пройшов Другу світову війну від Сталінграда до Берліна"
  •     Znaj.UA "Жорстокі знущання та масові вбивства: злочини Другої світової показали в моторошних кадрах"
  •     Gazeta.ua "Масові вбивства і зґвалтування: жорстокі злочини Другої світової війни у фотографіях"
  •     PikTag "Знали вы о том, что советские солдаты ИЗНАСИЛОВАЛИ бессчетное число женщин по пути к Берлину?"
  •     Kerstin Bischl  "Sammelrezension: Alltagserfahrungen von Rotarmisten und ihr Verhältnis zum Staat"
  •     Конт "Несколько слов о фронтовом дневнике"
  •     Sherstinka "Német megszállók és nők. Trófeák Németországból - mi volt és hogyan"
  •     Олег Сдвижков "Красная Армия в Европе. По страницам дневника Захара Аграненко"
  •     X-True.Info "«Русские варвары» и «цивилизованные англосаксы»: кто был более гуманным с немками в 1945 году"
  •     Veröffentlichungen zur brandenburgischen Landesarchäologie "Zwischen Krieg und und Frieden: Waldlager der Roten Armee 1945"
  •     Sherstinka "Szovjet lányok megerőszakolása a németek által a megszállás alatt. Német fogságba esett nők"
  •     Dünya Haqqinda "Berlin zorlanmasi: İkinci Dünya Müharibəsi"
  •     Dioxland "NEMŠKIM VOJAKOM JE BILO ŽAL RUSKIH ŽENSK. VSE KNJIGE SO O: "VOJAŠKIH SPOMINIH NEMŠKEGA..."
  •     Actionvideo "Gewalt gegen deutsche Frauen durch Soldaten der Roten Armee. Entsetzliche Folter und Hinrichtungen durch japanische Faschisten während des Zweiten Weltkriegs!"
  •     Maktime "Was machten die Nazis mit den gefangenen sowjetischen Mädchen? Wer hat deutsche Frauen vergewaltigt und wie sie im besetzten Deutschland gelebt haben"
  •     Музей «Пам’ять єврейського народу та Голокост в Україні» отримав у дар унікальні експонати
  •     Sherstinka "Что творили с пленными женщинами фашисты. Жестокие пытки женщин фашистами"
  •     Bidinvest "Brutalitäten der Sowjetarmee - Über die Gräueltaten der sowjetischen "Befreier" in Europa. Was haben deutsche Soldaten mit russischen Frauen gemacht?"
  •     Русский сборник XXVII "Советские потребительские практики в «маленьком СССР», 1945-1949"
  •     Academic Studies Press. Oleg Budnitskii: "Jews at War: Diaries from the Front"
  •     Gazeta Chojeńska "Wojna to straszna trauma, a nie fajna przygoda"
  •     Historiadel.net "Crímenes de violación de la Segunda Guerra Mundial y el Ejército de EE. UU."
  •     화 요지식살롱 "2차세계대전 말, 소련에게 베를린을 점령당한 '독일 여자들'이 당한 치욕의 역사"
  •     The Global Domain News "As the soldiers did to captured German women"
  •     Quora "Você sabe de algum fato da Segunda Guerra Mundial que a maioria das pessoas não conhece e que, provavelmente, não querem saber?"
  •     MOZ.de "Als der Krieg an die Oder kam – Flucht aus der Festung Frankfurt"
  •     Музей "Пам'ять єврейського народу та Голокост в Україні". "1 березня 1923 р. – народився Володимир Гельфанд"
  •     Wyborcza.pl "Ryk gwałconych kobiet idzie przez pokolenia. Mało kto się nim przejmuje"
  •     Cноб "Женщина — военный трофей. Польский историк о изнасилованиях в Европе во время Второй мировой"
  •     Refugo "O estupro da Alemanha"
  •     Historia National Geographic "la batalla de berlín durante la segunda guerra mundial"
  •     Politeka "Росіянам напередодні 9 травня нагадали про злочини в Німеччині: «Заплямували себе...»"
  •     Акценты "Советский офицер раскрыл тайны Второй мировой: рассказал без прикрас"
  •     БелПресса "Цена Победы. Какой была военная экономика"
  •     Lucidez "75 años de la rendición nazi: Los matices del “heroísmo” soviético"
  •     UM CANCERIANO SEM LAR "8 de Maio de 1945"
  •     Lasteles.com "La Caída de la Alemania Nazi: aniversario de la rendición de Berlin"
  •     Cloud Mind "Violence Against Women: The Rape Of Berlin WW2"
  •     Музей "Пам'ять єврейського народу та Голокост в Україні" "8 ТРАВНЯ – ДЕНЬ ПАМ’ЯТІ І ПРИМИРЕННЯ"
  •     Lunaturaoficial "LIBROS QUE NO HICIERON HISTORIA: EL DIARIO DE LOS HORRORES"
  •     CUERVOPRESS "El drama oculto de las violaciones masivas durante la caída de Berlín"
  •     EU Today "The Rape of Berlin: Red Army atrocities in 1945"
  •     Издательство Яндекс + История будущего "Настоящий 1945"
  •     Вне строк "Похищение Берлина: зверства Красной армии в 1945 году"
  •     Frankfurter Allgemeine Zeitung "Erlebt Russland eine neue Archivrevolution?"
  •     The book of Beata Halicka "The Polish Wild West: Forced Migration and Cultural Appropriation in the Polish-german Borderlands, 1945-1948"
  •     Twentieth-Century Literature “A World of Tomorrow”: Trauma, Urbicide, and Documentation in A Woman in Berlin: Eight Weeks in the Conquered City
  •     Märkische Onlinezeitung "Sowjetische Spuren in Brandenburgs Wäldern"
  •     Revue Belge de Philologie et d’Histoire "Soviet Diaries of the Great Patriotic War"
  •     Der Spiegel "Rotarmisten und deutsche Frauen: "Ich gehe nur mit anständigen Russen"
  •     ReadSector "Mass grave of WWII Nazi paratroopers found in Poland contains 18 skeletons and tools with swastikas"
  •     ИноСМИ "Der Spiegel (Германия): «Я гуляю только с порядочными русскими"
  •     Actionvideo "Jak naziści szydzili z rosyjskich kobiet. Gwałt w Berlinie: nieznana historia wojny"
  •     Graf Orlov 33 "ДНЕВНИК В. ГЕЛЬФАНДА советского офицера РККА"
  •     Deutsche Welle  "Послевоенная Германия в дневниках и фотографиях"
  •     Deutsche Welle  "За что немки любили в 1945 году лейтенанта Красной армии?"
  •     Elke Scherstjanoi "Sieger leben in Deutschland: Fragmente einer ungeübten Rückschau. Zum Alltag sowjetischer Besatzer in Ostdeutschland 1945-1949"
  •     SHR32 "Rus əsgərləri alman qadınlarına necə istehza etdilər. Alman qadınlarını kim zorlayıb və onlar işğal olunmuş Almaniyada necə yaşayıblar"
  •     Детектор медіа "«Гра тіней»: є сенс продовжувати далі"
  •     Historia provinciae "Повседневная жизнь победителей в советской зоне оккупации Германии в воспоминаниях участников событий"
  •     Portal de Prefeitura "Artigo: “FRAU, KOMM!” O maior estupro coletivo da história
  •     Pikabu "Извращение или традиция, потерявшая смысл?"
  •     Русская Семерка "Владимир Гельфанд: от каких слов отказался «отец» мифа об изнасиловании немок советскими солдатами"
  •     Институт российской истории РАН "Вторая мировая и Великая Отечественная: к 75-летию окончания"
  •     Kozak UA "Як "діди" німкень паплюжили в 1945 році"
  •     Dandm "Cómo los nazis se burlaron de las mujeres rusas. Mujeres rusas violadas y asesinadas por los alemanes"
  •     Permnew.Ru "«Диван» Федора Вострикова. Литобъединение"
  •     Neurologystatus "Violence women in the Second World War. Shoot vagas: why soldiers rape women"
  •     Brunilda Ternova "Mass rapes by Soviet troops in Germany at the end of World War II"
  •     The book Stewart Binns "Barbarossa: And the Bloodiest War in History"
  •     Книга. Новое литературное обозрение: Будницкий Олег "Люди на войне"
  •     Леонід Мацієвський "9 травня – День перемоги над здоровим глуздом. Про згвалтовану Європу та Берлін"
  •     Полит.Ру "Люди на войне"
  •     #CОЦИАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ #ПАМЯТЬ "Владимир Гельфанд: месяц в послевоенном Берлине"
  •     Новое литературное обозрение "Ирина Прохорова, Олег Будницкий, Иван Толстой: Люди на войне"
  •     Georgetown University "Explorations in Russian and Eurasian History": "Emotions and Psychological Survival in the Red Army, 1941–42"
  •     Forum24 "Co se dělo se zajatými rudoarmějkami? Jaký byl osud zajatých žen z Wehrmachtu?"
  •     Радио Свобода "Война и народная память"
  •     Лехаим "Двадцать второго июня..."
  •     Русская семёрка "Как изменилось отношение немок к красноармейцам в 1945 году"
  •     Исторический курьер "Героизм, герои и награды: «героическая сторона» Великой Отечественной войны в воспоминаниях современников"
  •     Коммерсантъ "Фронт и афронты"
  •     Русская семёрка "Владимир Гельфанд: что не так в дневниках автора мифа об «изнасилованной» Германии"
  •     Medium "The Brutal Rapes of Every German Female from Eight to Eighty"
  •     One News Box "How German women suffered largest mass rape in history by foreign solders"
  •     "نیمرخ "نقش زنان در جنگها - قسمت اول: زنان به مثابه قربانی جنگ
  •     Bolcheknig "Що німці робили з жінками. Уривок з щоденника дівчини, яку німці використовували як безкоштовну робочу силу. Життя в таборі"
  •     Nrgaudit "Рассказы немецких солдат о войне с русскими. Мнения немцев о русских солдатах во время Второй мировой войны"
  •     Музей "Пам'ять єврейського народу та Голокост в Україні "На звороті знайомого фото"
  •     Новое литературное обозрение. Книга: Козлов, Козлова "«Маленький СССР» и его обитатели. Очерки социальной истории советского оккупационного сообщества"
  •     Sattarov "Mga babaeng sundalo sa pagkabihag ng Aleman. Kabanata limang mula sa librong "Pagkabihag. Ito ang ginawa ng mga Nazi sa mga nahuling kababaihan ng Soviet"
  •     Política Obrera "Sobre “José Pablo Feinmann y la violación en manada"
  •     Эхо Москвы "Цена победы. Люди на войне"
  •     SHR32 "How Russian soldiers mocked German women. Trophies from Germany - what it was and how. Who raped German women and how they lived in occupied Germany"
  •     Олег Сдвижков: "«Советских порядков не вводить!»  Красная армия в Европе 1944—1945 гг."
  •     Livejournal "Чья бы мычала"
  •     Newton Compton Editori. Stewart Binns "Operazione Barbarossa. Come Hitler ha perso la Seconda guerra mondiale"
  •     Kingvape "Rosa Kuleshovs Belichtung. Rosa Kuleshov ist die mysteriöseste Hellseherin der Sowjetzeit. Zwischen rot und grün"
  •     Kfdvgtu الجوائز من ألمانيا - ما كان عليه وكيف. الذين اغتصبوا الألمانية وكيف عاش في ألمانيا المحتلة
  •     nc1 "Αναμνήσεις στρατιωτών πρώτης γραμμής για Γερμανίδες. Οι απόψεις των Γερμανών για τους Ρώσους στρατιώτες κατά τον Β' Παγκόσμιο Πόλεμο"
  •     ik-ptz "Was haben deutsche Soldaten mit russischen Mädchen gemacht? Das haben die Nazis mit gefangenen sowjetischen Frauen gemacht"
  •     مراجعة عسكرية  نساء أوروبا المحررات من خلال عيون الجنود والضباط السوفيت (1944-1945)
  •     nc1 "Scrisori de soldați ruși despre germani. Cum au șocat femeile sovietice pe ocupanții germani"
  •     中 新健康娱乐网 "柏林战役德国女人 70年前苏军强奸了十万柏林妇女?"
  •     "پورتال برای دانش آموز. خودآموزی،  "نازی ها با زنان اسیر چه کردند؟ نحوه آزار نازی ها از کودکان در اردوگاه کار اجباری سالاسپیلس
  •     Русская Семерка "Каких штрафников в Красной Армии называли «эсэсовцами»"
  •     Голос Народу "Саша Корпанюк: Кто и кого изнасиловал в Германии?"
  •     Gorskie "Новые источники по истории Второй мировой войны: дневники"
  •     TransQafqaz.com "Fedai.az Araşdırma Qrupu"
  •     Ik-ptz "What did the Nazis do with the captured women. How the Nazis abused children in the Salaspils concentration camp"
  •     Евгений Матонин "22 июня 1941 года. День, когда обрушился мир"
  •     Ulisse Online "Per non dimenticare: orrori contro i bambini"
  •     Наука. Общество. Оборона "«Изнасилованная Германия»: из истории современных ментальных войн"
  •     Quora "Por que muitos soldados estupram mulheres durante guerras?"
  •     Stefan Creuzberger "Das deutsch-russische Jahrhundert: Geschichte einer besonderen Beziehung"
  •     პორტალი სტუდენტისთვის "როგორ დასცინოდნენ რუსი ჯარისკაცები გერმანელებს"
  •     Зеркало "Где и когда русское воинство ЧЕСТЬ потеряло?"
  •     WordPress.com Historywithatwist "How Russia has used rape as a weapon of war"
  •     Mai Khôi Info "Lính Liên Xô 'hãm hiếp phụ nữ Đức'"
  •     EU Political Report "Russia is a Country of Marauders and Murderers"
  •     "بالاترین  "روایت ستوان روس «ولادیمیر گلفاند» از «تجاوز جنسی» وحشیانه‌ی ارتش سرخ شوروی به «زنان آلمانی»/عکس
  •     TCH "Можемо повторити": як радянські солдати по-звірячому і безкарно ґвалтували німецьких жінок
  •     인사 이트 "2차 세계 대전 때에도 독일 점령한 뒤 여성 200만명 성폭행했던 러시아군"
  •     Pravda.Ru "Fake news about fake rapes in Ukraine to ruin Russian solder's image"
  •     Alexey Tikhomirov "The Stalin Cult in East Germany and the Making of the Postwar Soviet Empire, 1945-1961"
  •     Дилетант "Олег Будницкий / Человек на фоне эпох / Книжное казино. Истории"
  •     The Sault Star "OPINION: Suffering of children an especially ugly element of war"
  •     El Español "Por qué la Brutalidad del Ejército Ruso se Parece más a una Novela de Stephen King que de Orwell"
  •     Ratnik.tv "Одесса. Еврейский вопрос. Дорогами смерти"
  •     Алексей Митрофанов "Коммунальная квартира"
  •     Militaergeschichtliche Zeitschrift "Evakuierungs‑ und Kriegsschauplatz Mark Brandenburg"
  •     Raovatmaytinh "Phim cấp 3 tội ác tra tấn tình dục và hiếp dâm của phát xít đức phần 1"
  •     Apollo.lv "Kā Otrais pasaules karš noslēdzās ar PSRS armijas veiktu masveida izvarošanas kampaņu Vācijā"
  •     Как ў Беларусі "Who raped whom in Germany" / "Кто кого насиловал в Германии"
  •     Konkretyka "Діди-ґвалтівники, або міф про «воїнів-освободітєлєй»"війни"
  •     LinkedIn "Grandfathers-rapists, or the myth of "warriors-liberators"​. Typical Russian imperial character"
  •     Danielleranucci "Lit in the Time of War: Gelfand, Márquez, and Ung"
  •     Смоленская газета "Истинная правда и её фальшивые интерпретации"
  •     Дзен "Я влюбился в портрет Богоматери..." Из фронтовых дневников лейтенанта Владимира Гельфанда
  •     Дзен "Праздник Победы отчасти горек для меня..." Зарубежные впечатления офицера Красной армии Гельфанда
  •     UkrLineInfo "Жiноча смикалка: способи самозахисту від сексуального насилля в роки Другої світової війни"
  •     Memo Club. Владимир Червинский: "Одесские истории без хэппи энда"
  •     Thomas Kersting, Christoph Meißner, Elke Scherstjanoi "Die Waldlager der Roten Armee 1945/46: Archäologie und Geschichte"
  •     Goldenfront "Самосуд над полицаями в Одессе в 1944 году: что это было"
  •     Gedenkstätten Buchenwald "Nach dem Krieg. Spuren der sowjetischen Besatzungszeit in Weimar 1945-50: Ein Stadtrundgang"
  •     Historia National Geographic "la segunda guerra mundial al completo, historia del conflicto que cambió el mundo"
  •     સ્વર્ગારોહણ  "કેવી રીતે રશિયન સૈનિકોએ જર્મન લોકોની મજાક ઉડાવી"
  •     Absorbwell "Causas Y Consecuencias De La Segunda Guerra Mundial Resumen"
  •     לחימה יהודית  א. יהודים בצבא האדום
  •     Український світ "«Можем повторіть» — про звірства російських солдат під час Другої світової війни"
  •     Oleg Budnitskii, David Engel, Gennady Estraikh, Anna Shternshis: "Jews in the Soviet Union: A History: War, Conquest, and Catastrophe, 1939–1945"
  •     Andrii Portnov "Dnipro: An Entangled History of a European City"
  •     Татьяна Шишкова "Внеждановщина. Советская послевоенная политика в области культуры как диалог с воображаемым Западом"
  •     The Chilean "Roto". "VIOLADA"
  •     Дзен "Немок сажайте на мохнатые мотороллеры". Что сделали с пленными немками в Советском Союзе"
  •     ProNews "Σιλεσία 1945: Με εθνοκάθαρση η πρώτη τιμωρία των Γερμανών για τα εγκλήματα τους στο Β΄ ΠΠ"
  •     Livejournal "Одесситы - единственные в СССР - устроили самосуд в 1944 году"
  •     Scribd "Estupro em Massa de Alemãs"
  •     Музей «Пам’ять єврейського народу та Голокост в Україні» ЦЬОГО ДНЯ – 100-РІЧЧЯ ВІД ДНЯ НАРОДЖЕННЯ ВОЛОДИМИРА ГЕЛЬФАНДА
  •     Davidzon Radio "Владимир Гельфанд. Шокирующий дневник войны". Валерия Коренная в программе "Крылья с чердака"
  •     Quora "Open to the weather, lacking even primitive sanitary facilities, underfed, the prisoners soon began dying of starvation and disease"
  •     Infobae "El calvario de las mujeres tras la caída de Berlín: violaciones masivas del Ejército Rojo y ola de suicidios"
  •     Научная электронная библиотека "Военные и блокадные дневники в издательском репертуаре современной России (1941–1945)"
  •     Historywithatwist "How Russia has used rape as a weapon of war"
  •     Periodista Digital "Las terribles violaciones ocultas tras la caída de Berlín"
  •     Tạp chí Nước Đức "Hồng quân Liên Xô, nỗi kinh hoàng của phụ nữ Berlin năm 1945"
  •     "زیتون | سایت خبری‌ تحلیلی زیتون "بدن زن؛ سرزمینی که باید فتح شود!
  •     Enciclopedia Kiddle Español "Evacuación de Prusia Oriental para niños"
  •     Ukraine History "Діди-ґвалтівники, або міф про «воїнів-визволителів». Типовий російський імперський характер"
  •     Локальна  Історiя "Жаске дежавю: досвід зустрічі з "визволителями"
  •     Tamás Kende "Class War or Race War The Inner Fronts of Soviet Society during and after the Second World War"
  •     museum-digital berlin "Vladimir Natanovič Gel'fand"
  •     知乎 "苏联红军在二战中的邪恶暴行"







  •