

Jag
är förbannad pacifist och inbiten
radiot, före
detta ordförande i Svenska Freds och 1983 till 1996
krönikör i dess tidning PAX.
Är sedan 1985 programledare för Radio Tuff 91,4 MHz
och sedan 1995 för Succékanalen 91,4.
Когда-то я принадлежал к элите — по крайней мере, в Королевском пехотном полку Вестерноррланд. Я проходил срочную службу в лейб-роте, где со временем все мы стали младшими командирами. В казарме мы мечтали о женщинах: нам было по двадцать лет. Как и другие парни разных возрастов, мы хвастались своими любовными похождениями — в том числе теми, которых никогда не было.
Поскольку каждый день нас всё больше учили убивать других людей — «коварного врага», — мы иногда говорили и о том, как повели бы себя, если бы действительно началась война. Возник вопрос: как мы отнеслись бы к «вражеским» девушкам в захваченном городе после того, как долго убивали «вражеских» солдат и видели, как этот же «враг» убивает наших товарищей?
Несмотря на молодость и малый опыт, мы пришли к выводу, что вряд ли будем особенно рыцарственными: ослеплённые ненавистью и похотью, мы станем брать то, что захотим, и забудем об уважении к неприкосновенности женщины, которое в мирное время казалось нам само собой разумеющимся.
Все, кто следует моде дня, стараются не ставить под сомнение оглушительное прославление победителей Второй мировой войны, особенно западных. Между тем уже в сентябре 1945 года крупный американский журнал Time писал: «Мы тоже — армия насильников».
Выдающийся американский социолог Роберт Лилли в 2001 году подготовил рукопись книги к изданию. Однако после 11 сентября издатель отказался её выпускать, и в 2003 году книга вышла во французском переводе. В ней говорится как минимум о 10 000 изнасилований, совершённых американскими солдатами в конце Второй мировой войны. Французы тогда жаловались, что американские освободители нарушали неприкосновенность женщин гораздо чаще, чем немецкие оккупанты.
Несколько лет назад здесь, на Radio Tuff, Свен Эсте, один из самых известных шведских зарубежных корреспондентов, рассказывал об американских «двойных ветеранах» во Вьетнаме — о тех, кто насиловал вьетнамских женщин, а затем убивал их. Я выразил сомнение, но Эсте был там и очень убедительно отстаивал свои слова.
Утверждалось, что в конце Второй мировой войны в Штутгарте были изнасилованы 6000 немок. Американцы провели расследование и установили, что эта цифра соответствует действительности, но возложили вину на французов. Во всяком случае французские солдаты совершили множество изнасилований. Только в небольшом Фройденштадте в Шварцвальде 600 немкам понадобилась медицинская помощь после изнасилований французскими солдатами.
Британцы, по-видимому, совершили меньше изнасилований, чем американцы, французы и русские. Но в 2001 году вышла книга британского историка Патриции Михан «A Strange Enemy People. Germans under the British 1945–50». В ней приведено немало тяжёлых примеров того, что в британских лагерях для немецких заключённых применялись не только пытки, избиения, казни и жестокие методы допроса, но происходили и изнасилования. Сами немцы, быстро превратившиеся из национал-социалистов в «национал-мазохистов», осторожно обходят преступления, совершённые против их собственного народа. Через три дня после смерти Гитлера британская авиация потопила на рейде у Нойштадта близ Любека немецкие суда Cap Arcona и Thielbeck, на которых находились эвакуированные узники концлагеря Нойенгамме; погибло около 7000 человек. Всего через несколько часов Нойштадт заняли британские войска. Немец Вильгельм Ланге, которого я интервьюировал в 1995 году, написал об этих трагедиях книгу. О поведении британцев он, в духе господствующей тенденции, отзывается положительно. Он пишет лишь об одной пятнадцатилетней девушке в Нойштадте, которую после изнасилования убили. Сколько было других изнасилованных, он предусмотрительно не сообщает.
Считается, что на востоке были изнасилованы один-два миллиона немецких девушек, женщин и пожилых женщин. Недавно об этом писал британский историк Энтони Бивор в книге «Берлин. Падение 1945»; об этом же рассказывает книга «Женщина в Берлине». В 1984 году в Германии вышли восемь томов, содержавшие около тысячи свидетельств очевидцев об этнической чистке примерно четырнадцати миллионов немцев в конце войны в 1945 году — более двух миллионов из них погибли или были убиты. Если хотя бы половина этих свидетелей говорила правду, изнасилования, совершённые русскими, были массовыми. Профессор Стэнфордского университета Норман Наймарк в книге «Русские в Германии» (1995) писал, как женские коммунистические группы в советской зоне оккупации протестовали перед русскими властями: их участницы боялись ходить на партийные собрания после наступления темноты, опасаясь изнасилования пьяными советскими солдатами.
А теперь я читаю в «независимой социалистической» газете Flamman и в обычно весьма фактологичной Ryska Posten, что всё это — «миф об изнасилованиях», как гласят заголовки. На шведском языке вышел дневник 1945 года тогдашнего 21-летнего украинского лейтенанта Владимира Гельфанда — «Tysk dagbok 1945–46». Он не участвовал в изнасилованиях и не был их свидетелем. Напротив, немецкие женщины казались ему распущенными и легко доступными.
Среди нескольких тысяч радиоинтервью, которые я провёл с жителями района Тиресё, есть несколько сотен бесед со шведами, родившимися за рубежом, в том числе в Германии. Моя соседка Ева, плача, рассказывала об ужасном насилии, которое пережила пятнадцатилетней девочкой в течение года ада в оккупированной Советским Союзом Передней Померании. Её и мать изнасиловали несколько раз. Эрика, которой в Засснице было десять лет, гостила у ровесницы, когда вошли трое русских солдат и на глазах у детей изнасиловали мать девочки; впоследствии женщина психически заболела. Эдельтраут рассказывала, что в Восточной Пруссии насиловали даже маленьких девочек. Марианна рассказала об Эдит фон Доббелер, тридцатилетней жене пастора в деревне Линстоу, которую в церкви на глазах у трёх маленьких детей подвергли групповому изнасилованию. После этого она утопила себя и детей. Я не хотел верить этой истории, но, побывав в Линстоу, получил подтверждение от сельских жителей; на надгробии написано, что мать и трое её маленьких сыновей умерли 3 мая 1945 года. Сунхильд, член окружного совета от Партии зелёных в Тролльбеккене, рассказывала об изнасиловании своей матери и о том, как семья всерьёз думала о самоубийстве, прежде чем им удалось бежать в американскую оккупационную зону. Но Сунхильд добавила: «Женщины, которых “приветствовали” американцы, потом несколько дней не могли нормально ходить».
В рецензии на книгу Владимира Гельфанда говорится, что советский разведчик и писатель Лев Копелев рассказывал: советский полковник Смирнов лично застрелил лейтенанта, участвовавшего в групповом изнасиловании в Восточной Пруссии. Это напоминает историю, рассказанную Александрой на радио Тиресё. На её беременную мать-польку напали трое русских солдат. Она так громко кричала, что вмешался русский офицер и застрелил нападавших. Тем не менее у женщины произошёл выкидыш. Сам Лев Копелев описывает столь невероятно жестокое насилие над немецкими женщинами в Восточной Пруссии, что остаётся лишь искренне надеяться, что он преувеличивал.
Ева, Эрика, Сунхильд, Марианна, Эдельтраут, Александра и другие свидетели — не миф. Но, несомненно, лейтенант Гельфанд в этих злодеяниях не участвовал.
Аке Сандин, Ассоциация внешней политики и мира Тиресё, Radio Tuff (№ 1116)